Давшая клятву

Кусочки пепла застряли в одежде и волосах девушки, и принца.

– Нет… Нет… Нет. Этого не может быть. – У нее перехватило горло. – Ты еще не получил свой рунный камень.

И тут Хейвен вспомнила о маленьком камешке в кармане принца.

Запретная руна силы, которая должна была защитить его.

Руна, которую Белл получил от Хейвен.

Белл, должно быть, подумал о том же, потому что вытащил камень из кармана.

– Ай! – воскликнул принц, быстро заворачивая руну обратно в яркий квадрат бархата. – Он… он тоже нагрелся.

Камень нагрелся. Что означало… проклятый Монстр Преисподней, что же она натворила?!

Но Хейвен не могла знать заранее, что в Белле таится скрытая магия. Магия, которая ждала десятилетия, а, возможно, и столетия, чтобы вновь проснуться в самом неподходящем для нее кандидате.

– Он оставил меня. – Белл оглянулся через плечо, словно вновь увидел, как отец бросает его на верную смерть. – Он действительно оставил меня. Я знал, что не нравлюсь отцу в качестве преемника, но всегда полагал, что где-то в глубине души он должен заботиться обо мне.

Хейвен не плакала уже много лет. Ни разу с той ночи, когда сбежала от своего хозяина, Дамиуса, и пообещала себе, что никогда больше никому не позволит увидеть ее слезы. Но впервые с тех пор, как дала это обещание, девушка была близка к тому, чтобы нарушить его.

Вытерев глаза рукавом, Хейвен прерывисто вздохнула и встала.

Ей нужно подумать, придумать план, а она не сможет этого сделать, если не успокоится – или если продолжит вынашивать мысли об убийстве королевской семьи вместо побега.

– Нам нужно убраться отсюда.

– Что?! – Белл встретился с ней взглядом, широко распахнув остекленевшие глаза. Он с трудом поднялся на ноги. – Куда?

– Куда угодно. Через море в Солиссию. Возможно, в Ашарию или в Эффендир. Мы просто не можем здесь оставаться. Нельзя забывать, что Королева Теней… – На этом слове у Хейвен перехватило дыхание.

Она не сказала принцу, что уже встречала Повелителя Теней по ту сторону стены… которую он теперь легко мог пересечь, чтобы разыскать Белла по законам Проклятия.

Каждый отпрыск благородных семейств, родившийся с рунной магией, принадлежал Королеве Ноктис. Даже рунная стена не могла помешать ей войти и заявить права на Белла теперь, когда его магия проявилась.