Ведьмин пес. Детство ЦерБера

– Ладно, ладно, не кипятись.

– Гав, гав, гав! – зло лаял Цер, пытаясь подбодрить обиженную.

В общем, бежала она так, что пятки сверкали и плетень взяла с разбега, оставив на сучке кусок кружевной нижней юбки.

– Может на тебя все же цепь надеть, а то клиенты разбегаются?

– Ни за что! Она ржавая, старая и вся в паутине. Тебе тоже не позволю!

– Да успокойся уже, а то я вместе с тобой нервничаю и потею.

– Эй, бабонька, ночью приходи! Ждать тебя будем! – провыл я громко, насколько смог.

Своим острым слухом уловил, что тетка упала, охнула, потом вскочила и помчалась прыжками, как заяц.

– Ну, сторож из нас хороший.

– Расскажем? Может Сия нас все же в дом пустит?

Ведьма пришла ночью, в образе толстой торговки. Она устало забралась на крыльцо, причитая, что надо оборачиваться кем-то с менее пышными формами. Сбросила у порога потную грязную обувь и устало побрела к себе в горницу.

Я стучал в окно и дверь, но она отвечала, что со всем завтра разберется.

Так и пришлось мне спать опять во дворе.

Ночью пошел дождь, и я спрятался под крыльцом. Забрался туда, к паукам и дохлым мухам. Долго дергался от неудобств и отвращения, но заснул к полуночи.

В сарае Нуны

Я проснулся от сильного удара в лоб. Раздался треск и доски крыльца разлетелись в разные стороны!

– Бабочка! Бабочка! – вопил Цер.

Глупый пес проснулся раньше меня и с таким энтузиазмом рванул за летающим насекомым, что не обратил внимание на тесный выход. Он протаранил мной боковину лестницы, снес нижние ступеньки.

На треск и вопли выбежала Сия. Она пребывала в своем обычном образе. Старуха охала, бранилась, грозила наказанием.

– Мне сейчас надо уйти! И на кого я дом теперь оставлю?

– На него, как обычно! – показал я лапой на Гора.

– Пора тебе начинать отвечать за свои поступки. Чини, вот!

– Я же не умею, я же большая собака, по сути.

– Дык я тебе помогу!

Кот на крыше злорадно засмеялся.

– И где же мне жить? От дождя прятаться, раз ты меня в дом пускать не хочешь?

– Даже не думай на жалость давить.

– Да я!..

И действительно, конец пришел не только ступеням. Перила отвалились, скамейка под окном в щепки, ставня на одной петле болтается.

– Пошли-ка со мной в пристройку, расскажешь, что вчера было? Или ничего не было.

– Ой! А я бабочку проглотил! – радостно взвизгнул Цер.

В такие моменты я особенно сильно жалел, что родился с двумя головами.