Ведьмин пес. Детство ЦерБера

Я цепь проверил, ошейник примерил, матрас себе в будке постелил. Взял молоток, гвозди, краску и полез чинить изнутри крышу. Влезть-то смог до половины, а домик надо мной стал подниматься.

Разохалась бабка:

– Куды-ж ты вырос такой здоровенный? У всех собаки как собаки, а у меня будку на пузе поднял.

Я встать попытался, а она как перевернется, как развалится… В общем, остался я без домика. Потом еще о цепь споткнулся, чуть не полетел кубарем, вырвал случайно колышек, к которому она прикована была. В общем, получилось все не лучшим образом.

– А давай, я под крыльцом жить буду? Оттуда так удобно бабочек ловить! – оправдывался Цер.

– Или в сенях, как раньше? – поправил его я.

– Шерсти много с тебя сыплется, прямо спасу нет.

– С кота тоже много, но ты его и на печь иногда пускаешь.

– То в морозы.

– А я что? Не мерзну что ли?

– Церберы ничего не боятся: ни холода, ни зноя, ни града – ничего!

– Да кто тебе сказал?

– Кто надо, тот и сказал.

У лесовухи явно портилось настроение.

– Ну, давай я вычесываться буду? Сам?

– Давай, но жить все равно будешь во дворе, чтобы тебя боялись, а то ишь ты? На чужих баб у него не стоит… А то можа какой еще привороженный опомнится, а у него уже седина во всех дырах.

– Ну, как скажешь, матушка – твой дом, твои правила. А дураков и правда много.

– Тогда с сегодня и начни. Спишь во дворе, в общем.

Я надеялся, что к ночи она забудет свои угрозы выселить меня на улицу. Вел себя тихо, выбросил разбитую будку с глаз долой, свернул цепь и забросил ее подальше, в крапиву.

Вечером баба Нана засобиралась куда-то. Сказала, что не будет ее ночь и день. Она все-таки выселила меня на улицу, велев подумать над тем, где я буду жить зимой. Она, мол, не знает, до какого размера я вырасту и в сенях уже тесно и от шерсти моей проходу нет.

Зашла в пристройку горбатая старушка, а вышла крепкая торговка.

– Следи за ним, Гор! – велела она коту, который точно был в курсе колдовских дел.

Полное имя того ведьминого любимца – Горностай. Однако, все звали кота Гор. Он уже был намного меньше меня и едва доставал спиной человеку до колен, но хитрости и злорадства набрался на всех нас вместе взятых.

– Мяу! Мур-мяу! – ответил мой мучитель с крыши.