Видение

Осознание, что она вот-вот окажется в доме, где должна была жить все эти годы, и увидит фотографии родственников, которых совсем не помнит, вскружило ей голову. Взволнованная, радостная от того, что у неё будет личное пространство и за него не нужно будет бороться, от понимания, что ей больше не придётся развлекаться теми методами, что она уже исчерпала, находясь в детдоме, и что найдутся новые, более интересные и безопасные – о перестрелке она забыть не смогла, – девушка замечталась настолько, что уснула.

Разбудил Лилю заглохший мотор и бодрое восклицание Максима Алексеевича, не заметившего, что его племянница задремала.

– Ох, иншульдигунг. Кхм, прошу простить, – рассмеялся тот, увидев на соседнем сидении сонно приоткрывшую один глаз сову. Сова протяжно зевнула и, взглянув, наконец, на дом, широко распахнула большие красивые глаза и оказалась вполне миловидной восторженной девушкой.

– Это…

– Родовой особняк семейства Осаниных. Я приехал сперва именно сюда в надежде обнаружить брата с семьёй, а нашёл запустелую пыльную коробку.

Пришлось немного его отреставрировать и отмыть, но оно того стоило: перед тобой в первозданном виде фасад дворца, в который ввёл свою жену и твою маму мой младший брат.

– Что, сразу обеих? – изумлённо моргнула Лиля. Та же эмоция отразилась на лице её дяди.

– Это была одна женщина, – неуверенно пояснил он, изогнув дугой бровь.

– Но ведь… – Девушка вдруг ойкнула и сильно ударила себя ладонью по лбу. – Ступила. Извини.

Уже секунду спустя она забыла о своём промахе и снова обратила всё своё внимание на особняк.

Восхищению её не было предела. Она с жадностью стала рассматривать каждый завиток, каждое стёклышко в бесчисленных окнах, каждое деревце и каждый кустик напротив стен её забытого дома. Оставшийся довольным и этим, Максим Алексеевич несколько неловко кашлянул и прибавил:

– Правда, если наружность его я оставил без изменений, то внутри позволил себе внедрить кое-какие инновации… Так что не слишком пугайся, когда двери будут закрываться за тобой сами, а из динамиков будут периодически доноситься женские голоса.

В остальном же – наслаждайся, ты вернулась.

Выйдя из машины сам, он проворно подошёл к двери племянницы и открыл её, показывая, какого поведения следует ждать от него и какое должна привить себе она. Девушка легко выпрыгнула на коротко подстриженный газон и с удовольствием прошлась по чистейшей сочно-зелёной траве.

– Что скажешь? – спросил дядя, выждав минуты три.