Грани морали

Новобрачный наконец-то выпустил мою руку и поднялся, после чего принялся расстегивать расшитый камзол.

Каюсь, засмотрелась. Было на что – широкие плечи, натянувшие тонкую ткань рубашки, выраженные мускулы рук и спины, игравшие в свете камина…

От шага в сторону мужчины и нескромных прикосновений меня остановило только сознание того, что я не в лучшем виде, а еще вроде как нежный девичий цветочек.

Разве воспитанная дама пристает к мужу, практически незнакомому, да еще и сразу после приступа истерики?

Еще подумает, что я легкомысленная, а то и похуже что.

Времена-то дикие.

– Пока можешь поесть, – сонно сообщил предмет моих размышлений, устраиваясь на оскверненной постели, на самом дальнем ее краю. – Мне друг подсказал, что невест на свадьбе плохо кормят. Отвратительная, кстати, традиция…

Он захрапел, не договорив.

Я сидела на прежнем месте, слегка ошарашенная всем происходящим, но на губах сама собой расплывалась улыбка умиления.

А неплохой мне мужик достался. Надо брать!

С трудом поднявшись, осторожно посеменила в ванную.

Прежде чем приступать к еде, мне хотелось взглянуть на свою новую внешность со стороны. Да и в порядок себя привести не помешает.

Из зеркала в массивной золоченой раме глянула тощая, какая-то заморенная девица. Единственной пышной частью ее тела были густые рыжие кудри. Щедро я оценила те яблочки лет в двадцать, тут хорошо бы совершеннолетние были! Синяки под глазами, зеленоватая бледность – последствия отравления, красные глаза и нос – рыданий.

Ничего удивительного, что принц не стал приставать.

Тут обнять и плакать разве что захочется.

Поплескав в лицо ледяной водой – сколько ни крутила единственный кран, так и не нашла где горячая – я вернулась в комнату и тихонько, стараясь не разбудить мужа, залезла под крышки.

Тетушка видела, как вносили еду, и ни слова мне не сказала. Наверное, это означает, что та безопасна? Вряд ли бы она так спокойно оставила едва спасенную племянницу наедине с возможной отравой.

Или же сочла, что я достаточно благоразумна, чтобы не пробовать приготовленные неизвестно кем блюда?

Содержимое тарелок можно было поделить на два вида.

Сочная здоровая пища, вроде стейка с печеным картофелем и мелкими маринованными грибочками, и нечто невнятно-диетическое, как миска сероватой каши, в которой сиротливо плавало несколько ягод.

Покосившись на похрапывающего принца, я разумно рассудила, что мужика подобной гадостью вряд ли будут кормить, а потому варево предназначается мне.