Грани морали

Но почему ты ко мне так формально обращаешься, мы ведь всю жизнь как подружки?

Так вот что меня выдало! Неуместное «выкание». Ясно.

– Тетушка, я правда мало что помню, – выдавила я, присаживаясь рядом с ней и разглаживая искрящиеся складки на роскошно вышитом платье. Не стеклярус ведь, поди, камни какие-то мелкие и прозрачные, то ли аквамарины, то ли вообще бриллианты! – В голове туман, вместо мыслей – кисель.

Родственница понимающе кивнула.

– После отравления возможно временное помрачение рассудка.

– Да, это главное, – эхом отозвалась я.

В глубине души меня грызла совесть – нехорошо обманывать искренне заботящуюся о племяннице женщину, но эгоистичное желание выжить любой ценой перевесило.

Возможно, когда-нибудь я и признаюсь в подлоге. Но точно не сейчас.

Сейчас нужно выжить, приспособиться и освоиться в новой для меня реальности, где символы светятся сами по себе, принцесс травят прямо на свадьбе, а добрые тетушки возвращают племянниц с того света.

Я зябко повела плечами, отгоняя неприятные ассоциации. Умирать снова мне совершенно не хотелось, а значит, буду бдить. Неведомая синна Алессия зачем-то пытается меня уничтожить, причем издалека, но кто именно стал ее пособником здесь, во дворце, я не знаю.

Остерегаться придется всех, кроме, наверное, тетушки. Человеку, выдернувшему меня из небытия, можно и довериться. Главное, не сообщать ей, кто я…

– Я помогу тебе переодеться, – нарушила вязкую тишину родственница.

Она поднялась, расстегнула мне на спине платье – времени ушло немало, пуговички были мелкими и верткими и в пальцы не давались, – и наконец-то расшнуровала корсет.

Полегчало.

С наслаждением выдохнув, я потянула было и нижнюю рубашку через голову, чувствуя под ней еще слой белья, но была остановлена паническим возгласом:

– Нет-нет!

Я выронила подол, будто обжегшись.

– Твой муж, надеюсь, пощадит твою скромность и не потребует обнажиться полностью, – заявила тетушка, и развернула белоснежный стеганый халат, предлагая мне накинуть его сверху.

Пожалуй, будь я на самом деле невинной местной фиалкой, после такого вступления сбежала бы с брачного ложа куда глаза глядят. Напутствие не вдохновляло от слова совсем.