Голландка

На электронном табло как раз сменился плакат, показывая стоящего на шаре льва и жонглирующего мячами медведя. Даниил дернул плечом.

– Не знаю, уже лет десять там не был. Когда-то выступали.

– Бедняжки, – вздохнула девушка.

Обрывающаяся в неизведанную глубину лента эскалатора Лану откровенно напугала. Она отшатнулась и скакнула в сторону, освобождая дорогу позади идущим. Даниил еле успел притормозить и не врезаться в нее.

– Что случилось?

– А где низ? – громким шепотом, заглушая гудение проходящей мимо толпы и мотора, спросила Лана, расширенными глазами провожая выплывающие в никуда ступеньки.

Даниил тихо хохотнул.

– Метро строили как бомбоубежище. Так что оно очень, очень глубоко. Низ – ниже.

Подмигнув нервно вытягивающей шею девушке, он взял ее за руку и подвёл к ползущему эскалатору. Люди сзади недовольно заворчали, что они пробку образовывают, но Даниил невозмутимо подождал, пока Лана все же ступит на бегущую ленту, в два широких шага обогнул и замер лицом к ней.

Девушка вцепилась в ползущие поручни до побелевших пальцев и уставилась вниз, где далеко-далеко маячила будка контролера.

– Не то чтобы я высоты боялась… – пробормотала она, сглатывая. Даниил кивнул.

– Я, когда маленький был, на эскалатор становился только за ручку с мамой или папой. Это ты еще на Спортивной не была, про Парк Победы вообще молчу.

– Ничего себе, – видя приближение твёрдого пола, Лана выдохнула поспокойнее. Конечно, эскалатор – не самолёт, чтобы бояться на нем высоты, но спуск очень уж походил на трибуны Дом в Амстердаме.

На недавнем концерте «Кенсингтон» у нее даже голова закружилась, и она весьма настоятельно попросила отчима больше на такую верхотуру билеты не брать.

Лучше она в партере потанцует.

Сам поезд на Йоланду особого впечатления не произвёл. Гораздо больше ее изумила внесшая их в вагон толпа.

– У вас всегда так…многолюдно? – прохрипела она, пытаясь удержаться за поручень и не быть выдавленной наружу через запасные двери.

Надпись «Не прислоняться» издевательски грозила отпечататься на ее спине.

– Только утром и вечером, – Даниил упёрся локтем в стену вагона за ее головой, пытаясь собственным телом закрыть девушку от напирающей толпы. Получалось не очень. Толпу-то он отгородил, а напирал в итоге сам, прочувствовав все изгибы голландского рельефа. – Извини, что так тесно. Зато быстро доедем. Может, на кольце народ выйдет.

Надежды его не оправдались.