Жареный козлёнок бокора Вальдеса

– Последний раз я его видел, когда он присел возле ослика, – плохо шевелящимися губами произнёс доктор Легг: на нём лица не было.

– Уилл! – перекрывая шум торжища, что есть мочи закричал Платон. – Уилл!..

И тотчас капитану показалось, что он оглох, потому что все окружающие его звуки пропали, а ещё ему показалось, что все люди и все предметы на площади замерли, застыв на своих местах: и мальчик-погонщик с поднятой на бегу палкой, и раб, с поклоном подающий своему господину стаканчик с чаем, и вода, текущая из бадьи в корыто, и даже верблюды, теснящиеся возле этого корыта с водой.

Выхватив пистолет, капитан подскочил к старику-водочерпию, стоящему возле колодца, и рывком притянул его к себе за плечо.

– Ты не видел здесь белого мальчика вот такого роста? – спросил капитан у него по-английски, пистолетом показывая рост юнги.

Водочерпий смотрел на капитана застывшими в оторопи глазами и молчал. Платон быстро подошёл к ним и стал спрашивать то же самое на всех африканских языках, какие он только знал. Наконец, с пятого или шестого раза водочерпий ответил, что никаких белых мальчиков он не видел. Капитан отпустил его. Водочерпий со всех ног бросился бежать прочь. На белых людей уже настороженно, угрюмо косились. Шум возле них стал стихать, а окружающая их толпа, наоборот, стала угрожающе увеличиваться.

– Нет, так ничего не получится, – пробормотал капитан и громко скомандовал: – Уходим!.. Быстро! Все за мной!

****

Глава 4. Где же ты, юнга?

Когда капитан вернулся из форта, он сообщил всем:

– Майор Карнетт считает, что нашего юнгу похитили, чтобы продать в рабство… Майор рекомендовал мне привлечь к розыску юнги одного туземца, своего осведомителя. Его зовут Лами?н… Кроме местных языков он говорит по-английски и по-французски и знает здешние места… Он будет нам полезен.

На следующий день капитан сказал:

– Майор Карнетт сообщает, что за выкупом к нему никто не обратился… Но маллам[9 - Маллам (араб.) – букв. «мастер», обозначение ремесленника, прежде всего кузнеца.] Ламин сообщил, что никто из караванщиков форт не покидал.