Санаторий имени Ленина

Впрочем, подобное обстоятельство ничуть ее не расстроило. С появлением в комнате бабы Зои она окончательно подчинилась прихотям судьбы и почти безболезненно превратилась из «совы» в самого настоящего «жаворонка». Раньше Лина удивлялась, читая воспоминания бывших узников ГУЛАГа о том, как быстро привыкает человек к новым условиям, даже к самым ужасным. В Санатории имени Ленина пришлось убедиться на собственном опыте, что высокая способность хомо сапиенс к адаптации – чистая правда. Через три дня Лину уже не смущал ни обшарпанный линолеум в коридоре, ни допотопный титан с кипятком на этаже, ни подтекающие трубы в ванной, ни «больничная» еда в столовой…

Вскоре оказалось, что Лина была готова отнюдь не ко всем сюрпризам.

Наутро, войдя в кабинет массажиста, она невольно ойкнула. Маленький коренастый и черноглазый мужчина неопределенного возраста, вероятно, кореец по национальности, попирал линолеум босыми и, похоже, давно не мытыми ногами.

– Оторвались вы у себя в Москве от матушки-природы, как я погляжу, – назидательно сказал кореец с какими-то певучими южнорусскими интонациями.

Он поймал недоуменный взгляд пациентки, устремленный на его небольшие ступни, и надменно усмехнулся. Лина догадалась, что подобные взгляды массажист ловил каждый раз, встречаясь в кабинете с новичком. Кореец глянул в ее карту и повторил эту же мысль:

– Ближе к земле надо быть, госпожа Томашевская! Почувствуйте матушку-землю ее ногами, и она воздаст вам сторицей. Про энергию Ци что-нибудь слышали?

– Очень немного.

 – призналась Лина.

– Она не приходит к дерзким и насмешливым, – кореец внимательно взглянул ей в глаза и добавил, – надо работать над собой, опускать дурные мысли в нижний данцзянь.

«Допустим, ступни у него грязные. Но руки-то этот «медицинский работник» хотя бы моет?» – подумала Лина с тревогой.

Словно прочитав ее мысли, кореец отправился в ванную и вскоре вышел оттуда, вытирая маленькие желтые пальцы полотенцем сомнительной чистоты. Однако, когда он начал работать, Лина забыла все свои страхи.

Вначале кореец размял ей шею маленькими ручками, неожиданно оказавшимися очень сильными, потом, как пианист, играющий гамму, чтобы разогреть пальцы, прошелся по позвонкам, затем нажал болезненные точки на лопатках. Лина вдруг почувствовала, что «зажим» в шее куда-то исчез, а спина без усилий распрямилась. Далее Ким прошелся точными движениями по линиям мышц на спине, а после принялся расслаблять у пациентки мышцы каждого плеча.