Гардемарины, вперед!

– А вдруг Гаврила не согласится идти к Черкасской? – с опаской спросил Алеша, удивляясь, что столь простая мысль не приходила ему в голову.

– Что значит – не согласится? – удивился Саша. – Пусть Никита его заставит. Он князь или не князь?

– Я князь, – согласился Никита. – Но Гаврилу не так просто заставить. И потом, он очень боится Черкасской…

Гаврила явился только к полудню. Прошел в ткацкий сарай, расчистил от хлама большой, грубо сколоченный стол и начал неторопливо опорожнять холщовую суму.

В его лишенных суеты движениях, в осторожности и даже скрытой ласке, с которой он выкладывал на стол сухие травы и очищенные от земли корневища, была такая значимость, что друзья, собиравшиеся обрушить на голову Гаврилы весь свой гнев, нерешительно топтались рядом и молча, с некоторой ошеломленностью смотрели на приобретенные Гаврилой богатства.

– Что это? – Алексей ткнул пальцем в аккуратно подрезанные желтоватые корни.

– Черемица, – ласково сообщил Гаврила.

– А зачем она – черемица?

– Настойку делать. Ломоту в костях излечивает, от чесотки помогает, если мазать. Внутрь не принимать. Оч-чень ядовита.

– А есть какие-нибудь травы, чтоб чирьи с лица удалить? – спросил Саша, как всегда смотря в существо вопроса.

– А как же! Есть… Вот… – Пальцы Гаврилы легко встряхнули коробочку семян. – Белена. Настойку делать… маслица подсолнечного или конопляного влить и готово. Мажь… Только вы ее, Александр Федорович, руками не трогайте, оч-чень ядовита.

Алексей явно входил в роль и, уже чувствуя себя помощником Гаврилы и желая приобщиться к сложной науке врачевания, уверенно сказал:

– Это дурман. Помогает при воспалении глаз.

– А как же, – согласился Гаврила, – при падучей, при кашле…

– Ядовита?

– Оч-чень! – с восторгом отозвался камердинер.

– Ты что, одних ядов набрал? – обрушился на Гаврилу Никита. – Уж не травить ли кого собрался?

Тот хмуро глянул на барина и кхекнул. Перевести этот взгляд и звук можно было однозначно: «Если надо, то и отравим. Нам, химикам, все по плечу!»

Друзья переглянулись. Как начинать разговор о главном?

– Гаврила, – начал Никита строгим голосом, – ты сегодня поедешь к Аглае Назаровне Черкасской.