Запретные дали. Том 1

– Чего ухмыляешься?! – взревел Патрик, схватив Себастьяна за грудки, – Совсем страх потерял?!

В это время Стефанида суетливо накрывала на стол, изредка бросая опасливые взгляды то на мужа, то на сына и все осеняла себя размашистым крестным знаменем.

С голодным видом посмотрел Себастьян на дымящие миски вареной картошки, политые шкварками.

– Что смотришь?! – свирепо заорал Патрик и тряхнул со всей дури. – Ты не заслужил ужина!

В этот миг Себастьян невольно подумал, что отец пребывает не в духе потому, что трое из работников до сих пор еще не выздоровели, или же погода обещала поменяться, а может быть, отец снова затосковал по безвременно почившему Артуру.

– Лентяй бессовестный! – меж тем заорал Патрик и обрушил кулак ярости.

Очутившись на полу, Себастьян принялся смиренно принимать урок отцовских нравоучений, подкрепленных громким оханьем щепетильной матери и слезными мольбами испуганной сестренки. Обычный вечер.

Эпизод 2. Страшное

Перед глазами летали бабочки: желтые, белые, голубые, капустницы, лимонницы, шоколадницы; яркие краски быстро сменялись, легко и непринужденно перемешиваясь в иные цвета и всяческие оттенки, а дальше, дальше Себастьян резко очнулся и принялся осматриваться вокруг.

Первое, что он увидел, был потолок: низкий серый, угрюмый, с желтыми пятнами сырости, невзрачный и противный до омерзения. К горлу подбежал комок тошноты с железным привкусом. Кое-как проглотив его, Себастьян привстал – тотчас же голова противно закружилась, а всю левую сторону пронзила тупая боль.

– О, очнулся наконец-то!.. – послышался насмешливый, но довольно приятный лукавый голосок.

Себастьян замер и принялся таращить изумрудно-зеленые глаза. Прямо перед ним стоял молодой человек лет двадцати пяти, довольно пригожей наружности, высокий и статный, с правильными чертами и выразительными синими глазами. Темные волнистые волосы цвета горького шоколада с медным блеском, каскадно струящиеся до плеч, смешно торчали в разные стороны остроконечными прядями.

Одет незнакомец был в причудливую классику, а именно, в черный фрачный костюм, почеркивающий фарфоровую белизну мертвенно-бледной кожи. Высокий воротничок белоснежной рубашки украшал ярко-синий бантик тоненькой шелковой ленточки. Ярко-синий цвет присутствовал и в узорчатом рисунке черного жилета. С нижней пуговицы свисала тонкая серебряная цепочка с торчавшими из кармана часами.