Танцы втроем

Да он вообще за последние годы забыл, как таскаться пешком по городу, ездил даже в ближайший супермаркет на своем джипе. При воспоминании о любимой машине, которую пришлось продать, чтобы собрать деньги на однушку в Москве, Алексея чуть перекосило.

В переполненном вагоне метро ему наступили на ногу, и какая- то толстая девица в розовом пуховике повисла на его спине, Алексей поводил плечами, чтобы скинуть ее с себя, но девицу упорно накидывало на него при движении вагона. В общем, сорок минут в компании разношерстной, разно пахнущей толпы, привели Алексея в очередной шок.

Он умудрился не опоздать, при собеседовании включил обаяние на максимум, и молодая кадровичка, задающая, как ему казалось, кучу ненужных вопросов, нет- нет да улыбалась ему краешком губ.

В конце собеседования она сказала, что Алексею позвонят через день. Он вышел из офисного центра уже затемно, и решил, невзирая на снежную кашу, немного пройтись по улицам, мечтая, что на первые деньги, заработанные в Москве, возьмет машину в кредит.

Но так как работы пока не было, пришлось опять возвращаться в метро. Алексей смотрел на множество лиц, проносившихся по эскалатору: дети с шариками, мамаши с рюкзаками кенгуру, куда помещался маленький ребенок, озабоченного вида мужики средних лет, студенты в серых или цвет хаки куртках с яркими, крашеными шевелюрами. Девица в черном плаще смачно жевала жвачку, в ее носу и на губах красовался пирсинг. Алексей представил, что и язык у нее также проколот, и почему-то подумал, что никогда не целовался с девушкой с лабретом на языке.

На одной с ним ступеньке пристроилась усталого вида офисная тетка, от которой веяло потом вперемешку с духами, из- под распахнутого пуховика пахло прелой одеждой, маленькие капельки влаги блестели на её напудренном лице, а морковная помада чуть растеклась за линию губ.

Вернулся Алексей домой с чувством небывалой потасканности, странное дело, но там, у себя в провинции, он мог гулять по несколько дней, а потом лихо отправляться в путь во Влад за новой тачкой в компании такого же перегонщика машин, как и он, и не уставал.

Он скинул с себя одежду и натянул домашний халат, растягиваясь на огромной кровати, закрыл глаза.