Софья. Другой мир 2

Иван – новенький, он не знает вас в лицо. Прошу дать ему шанс.

«Молодец. И мой авторитет поддержал и свой не позволил уронить, да еще и вступился за коллегу. Умно», – едва заметно усмехнувшись, я коротко кивнула.

Игорь моментально отпустил руку коллеги. Баюкая изрядно помятую конечность, тот откровенно испуганно посмотрел на Казакова, и после, виновато склонив голову, прошептал:

– Простите меня, боярыня.

– Представьтесь, – сказала я негромко и холодно взглянула на мужчину.

– Иван Юрьевич Азаров, – он шумно сглотнул, глядя как нашкодивший щенок.

– Благодарите Казакова, – ледяным тоном сообщила я. – Ваши извинения приняты. Впредь за проявление неуважения пощады никому не будет. Где старший смены? – прищурившись, я оглядела такие разные лица рабочих: преступников иль морально опустившихся у меня на руднике не было, но народ работал всякий.

Крепкий мужчина шустро выбрался из толпы и уставился на меня преданным взором.

– Тут я, боярыня.

Выдержав многозначительную паузу, я сухо поинтересовалась:

– Степанов, что произошло?

– Ну так это… Проблема есть, – начал старший смены, но внезапно замолчал.

Переглядываясь, рабочие неодобрительно загудели, кто–то пихнул свое непосредственное начальство в спину. Бросая на подчиненных злые взгляды, Степанов раздраженно шипел, но по-прежнему молчал словно партизан.

Быстро глянув на сердитые лица коллег, Казаков нахмурился, и, посмотрев мне в глаза, немного выступил вперед.

– Госпожа, Василию Юрьевичу уже сообщили причину нашего недовольства, – спокойно произнес он, а потом пояснил: – В прошлом месяце мы по распоряжению Твердохлебова неоднократно работали в выходные и оставались после смены. Оплаты сверхурочных не произошло. Степанов ходил к управляющему. Тот говорит – не положено.

Сурово сдвинув брови, я несколько мгновений молчала. О внеплановых выходах Твердохлебов мне ничего не сообщал.

Появились вопросы к охране. Почему не известили о выходе смены во внеурочное время? Не сообщили о прохождении сейчас на рудник такой большой группы рабочих?

Посмотрев на строгое лицо Василия, взглядом предупредила, что состоится серьезный разговор. Переведя взор на Казакова, хладнокровно пообещала:

– Я вас услышала.