Нежное свидание в Италии

– Эйва Кассевети, – протянула она руку. На длинных тонких пальцах с идеальным маникюром блеснули кольца.

Лайм сжал узкую ладонь, отметив нежность шелковистой кожи, и неожиданно от запястья до плеча пробежал словно бы электрический разряд. В янтарных глазах Эйвы мелькнуло удивление – похоже, она почувствовала то же самое.

В этом было что-то сюрреалистическое. Странным образом, но Эйва всегда была частью его жизни, выступая в роли одновременно Немезиды и мотиватора. Разве он не хотел доказать отцу и самому себе, что способен добиться успеха вопреки тому, что сделал Джеймс Кассевети? Превзойти дочь Кассевети?

Размышляя, он все еще сжимал ее ладонь.

Наконец Эйва отступила, глубоко вздохнула и взглянула ему прямо в глаза.

– Спасибо, что согласился встретиться. Прежде чем объяснить причину визита, позволь спросить, упоминал ли твой отец моего отца? – Слова слетели с красивых губ ярко-красной помадой.

– Да, упоминал, – кивнул Лайм, с трудом подавив горький смех от нелепости вопроса.

Терри Рурк делал это ежедневно.

История предательства Джеймса Кассевети стала для Лайма чем-то вроде истории на ночь. Лучший друг отца воспользовался их совместным бизнес-проектом и добился славы и богатства. Этот акт мошенничества разрушил жизнь отца, его семью, достаток… Успех «Дольче» уничтожил Терри Рурка.

Взяв себя в руки, Лайм кивнул на кресло возле стола:

– Присядь, пожалуйста, и расскажи, зачем пришла.

Глава 2

Медленно опустившись в кресло, Эйва пыталась выиграть время, чтобы собраться с мыслями и успокоить разыгравшиеся нервы.

Что происходит?

По неведомой причине и совершенно не вовремя ее гормоны решили проснуться от долгой спячки и сосредоточиться на Лайме Рурке.

По правде говоря, он действительно производил впечатление. Густые каштановые волосы, волевое лицо с правильными чертами, твердая линия губ, высокий рост и тренированное мускулистое тело… О чем она думает? Пора вспомнить, зачем она здесь. Надеясь, что Лайм не заметил ее изучающего взгляда, Эйва расправила на коленях юбку и приготовилась произнести заготовленную речь.

– Должна сказать, что при мне отец никогда не упоминал вашу семью. Ни разу. Тем не менее он оставил письмо, которое я должна была вскрыть после его смерти. В письме он сообщал, что нанес твоему отцу моральную травму. Вероятно, они вместе обсуждали создание компании типа «Дольче», но, когда компания вышла на рынок, в нарушение моральной этики имя твоего отца не было упомянуто.