Зов Сирены

 – Это мышеловка!

– Так сделай из нее взлетную полосу.

– Я не смогу! Мне страшно… Бабушка!

– Страх – это нормально, Катя. Всем бывает страшно. Не бойся бояться. Помнишь, как Шура говорит? «Побоялся, да постарался. Страх ушел, итог остался». Нет другого выхода, милая. Ты старательная. Все получится.

Она гладила руку Кати своей морщинистой рукой, улыбалась. Катя почувствовала страшную тоску по ней и перешла на испанский – их секретный, домашний язык.

– Я так сильно скучаю по тебе… – комок в горле душил ее слова.

– Я знаю, – в темных глазах бабушки Клары тоже блестели слезы. – Прости, что не успела попрощаться. Но я всегда рядом.

Она останется. Анхель увидел это сразу. Девушка избегала поднимать на него взгляд, сидела тихо, пока домработница накрывала им завтрак. Когда она вышла, он налил Катарине апельсинового сока из кувшина, положил омлет.

– Я подумал, может, ты составишь мне компанию сегодня? Тебе ведь не обязательно торопиться, если ты решила уехать. Мне нужно съездить в ресторан-отель, где планирую праздновать юбилей.

Мой секретарь занимался этим, теперь пришло время проверить, все ли он предусмотрел. Ты, разумеется, приглашена на праздник, даже если откажешься остаться.

– Хорошо.

– Катарина, – Анхель накрыл ее руку своей и чуть наклонился вперед. – Если ты захочешь остаться, только скажи мне, в любой момент. Клянусь, никто не причинит тебе вреда, я защищу тебя от всего на свете, научу всему, что знаю. Ты рождена, чтобы стать самой собой. Так стань ею. Стань девушкой, которая может войти в зал королевой.

Стань той, кого слушают с вниманием и радостью. Стань лидером.

Катя прятала глаза, губы дрожали, слеза выскользнула и протекла по щеке.

– Ничего не бойся, – он притянул ее к себе. Ему не нужно было прибегать к магии сирены. Нежность в его голосе была сильной, искренней, рушащей все преграды.

Она расплакалась и вцепилась в него, как утопающий хватается за спасательный круг.

– Это хорошо, что ты плачешь, – поглаживая ее по спине, говорил он.

 – Это нужно. Так уходит прошлое. Так рождается настоящее. Ты прощаешься с прежней собой. Так надо. Поплачь.

И девочка плакала навзрыд, горько и с всхлипами. Потому что понимала: пути назад нет.

Глава 7

Ардо недовольно постучал пальцем по рулю. Следить за Катариной Морено было сущей пыткой. Девушка словно чувствовала его кожей, постоянно поворачивалась и оглядывалась. Ему пришлось нацепить солнечные очки, надеть мешковатые брюки и растянутую майку.