Говорящая с призраками. Дитя Ноктурны

– Дальше следует разговор о бессмертии души? – язвительно спросила Настя. Ее сильно злило, когда бессмертные с такой легкостью говорили о ее смерти.

– Я не стану говорить того, что ты поймешь и без меня. Загляни в душу к ангелу – увидишь там мрак, загляни в душу к демону – возможно, увидишь свет… А человеческие души хрупки, непостоянны: умирают сами по себе, растворяются, возрождаются, остаются навеки призрачными. Ты это знаешь и без меня, говорящая с призраками. Ты видишь души мертвых и можешь заглядывать в души живых.

Мороз пробежал по коже Насти. Сколько всего она хотела спросить у Матери, но не решалась, потому что боялась ее больше демонов. Было в Матери, в этой силе природы что-то безудержное и дикое, совершенно неразумное, чего не было даже в демоне. В каком-то смысле ближе всего к ней стояла Ноктурна, только была ее негативом, разрушительной, не созидающей мощью.

– Зачем наделять меня, смертную, такой силой? Почему ты не выбрала того, кто живет дольше?

– В человеческой хрупкости есть своя красота.

Прекрасно… она для богов всего лишь милая хрупкая вещица.

– Ненавижу тебя.

Старая Мать засмеялась. Красивая девица растворилась, и перед Настей снова стояла старуха с бельмом на одном глазу. Второй менял и цвет и форму, становясь то птичьим, то кошачьим, то змеиным, то человеческим. Настоящая Баба-яга.

– Мне все равно, что ты чувствуешь, – костлявый палец с длинным ногтем ткнулся в грудь Насти.

И она исчезла. Настя закрыла глаза.

Если бы она была богом, разве разрешила бы грызться остальным? Если бы она была природой, разве не сохраняла бы, вместо того, чтобы разрушать? Если бы она была ангелом, было бы в ее душе место для зависти? А если была бы демоном – разве стала бы рушить ею не созданное? Но ее место ничтожно, она человек. Такой маленький и потерянный, что хочется остановить всех ангелов, демонов и прочих тварей, заорать на них, чтобы они угомонились уже и перестали вырывать друг у друга несуществующие бразды правления.

– Настя!

Она обернулась. Лика улыбалась ей и махала рукой.

– Иди к нам, а то Диего прикончит твой бутерброд!

Улыбка помимо ее воли появилась на лице. Позабыв о Старой Матери, об энергии леса, Настя пошла к друзьям.

Диего ломал пальцами сухую веточку, пока прислушивался к трепу девчонок.