В поисках манускрипта

Днище гулко стукнуло, карету сильно тряхнуло, послышался громкий треск, от которого у пассажиров затряслись поджилки. К счастью, карета выдержала удар, только немного накренилась и понеслась дальше, оставляя далеко позади за собой крики разочарованных грабителей.

Однако этот отчаянный прыжок уносящихся от банды лошадей не остался совсем без последствий. Хотя днище и колёса у кареты выдержали, крепости не хватило ремням, удерживающим багаж. Сначала лопнул один самый слабый. Следом за ним другой, и вся конструкция из ящиков и сундуков заскользила к краю крыши безумно несущегося вперёд транспорта.

Во время этой безумной гонки Динола всеми силами пыталась не вылететь со скамейки и цеплялась за всё вокруг, спиной упираясь в багаж. Однако в какой-то момент она вдруг почувствовала, что начала терять опору. Сундуки и ящики у неё за спиной стали медленно, но неуклонно сползать с крыши.

Девушка в панике обернулась и увидела как сундуки начали аккуратно, один за другим, с глухим стуком падать с крыши за летящей во весь опор каретой прямо на дорогу.

Лошади всё неслись и не снижали скорости. Колесо попало в выбоину, и карету сильно мотнуло. Сундуков сзади для опоры у Динолы уже не было и удержаться за ручку у неё сил не хватило. Её выкинуло на густые кусты, растущие вдоль дороги. Видимо, эта подушка из переплетённых ветвей и спасла юную путешественницу от переломов и потери сознания.

Когда девушка, вся растрёпанная и поцарапанная, выбралась из цепляющихся за неё обломанных кустов, то услышала только стук копыт уносящихся лошадей да улетающие заполошные крики взволнованных людей. Там, где только что промчалась карета, оседала пыль. Скорее всего, никто и не заметил, что молодая пассажирка выпала по дороге. Да если даже и заметили, то останавливаться не стали.

Вывод для девушки был однозначен: она осталась одна и рассчитывать могла только на себя. Надо было спасаться самой.

Она побежала в сторону, не обращая внимания на преграждающие ей путь полусгнившие стволы с торчащими в разные остатками веток, на цепляющиеся за платье шипы и колючки, и бежала до тех пор, пока не стала задыхаться.

Потом, для надёжности, она ещё долго шла, пересекла луг, пригнувшись, чтобы не быть замеченной, и углубилась в лес, постоянно сверяясь по солнцу.