Стихийник: Сердце пламени

Она читала, что такие бывают не у всех, только у Видящих – тех, что могли видеть прошлое и будущее. Дар сродни тому, чем владела она, но с одним отличием: ее магия – в крови, а поклоняющимся Альхарду магия давалась из таких вот камней – анимусов. Откуда они их брали, в книге не описывалось, но она знала, что только избранным они подчиняются. В противном случае – смерть.

Вот и сейчас Ивонет смотрела на лысого человека завороженно, даже с лёгкой обидой: почему ему позволено использовать магию, а ей нет? Несправедливо! Но – такова жизнь, и девушке ничего не оставалось, как смириться.

– У вас всё готово?

– Да, господин, – поклонился лысый, пряча руки в широченных рукавах.

– Тогда выводите.

– Слушаюсь, повелитель, – человек стремительно пересек зал и скрылся за дверью.

Минфрид поднялся, привлекая к себе внимание. Музыка стихла.

– Итак, уважаемые гости, праздник в честь моей невесты подходит к концу…

По залу прошёл вдох разочарования.

– …Однако самое вкусное я оставил напоследок. Все вы знаете о невеселых новостях с востока: один из наших бывших союзников, Олдрик, король Варака и муж моей горячо любимой сестры пошёл против устоев, решив покачнуть само мироздание и внести в мир смуту. Но, что самое ужасающее, он призвал в наш мир альха – исчадие бездны, подчиняющее себе одну из четырех стихий.

Людей в зале подобное заявление взволновало, и они начали громко перешёптываться. Король открыто подтвердил то, что прежде было слухами и домыслами. Зал наводнила ощутимая тревога.

– Так это правда…

– Альхи вернулись?

– Они хотят уничтожить людской род и возродить Изначальных?

– Тише, друзья, тише! – вновь подал голос король. – Не стоит так волноваться. Сейчас я покажу вам то, что поменяет ваше мнение об альхах.

В этот момент центральная дверь резко отворилась и зал заполонили троготы – молчаливые, хмурые воины в кожаных доспехах, скрывающие лица до самых глаз. На шее каждого висело по анимусу – камню, дающему возможность творить чары для защиты королевства. С собой они притащили повозку, на которой была водружена клетка, накрытая грязной холстиной.