Никогде

На задней стене висел лишь старый календарь, совершенно бесполезный, если, конечно, когда-нибудь снова не наступит 1979 год.

Маркиз внимательно разглядывал листок «ВЫ НЕ ВИДЕЛИ ЭТУ ДЕВУШКУ?», висевший у двери Ричарда.

– Не самый удачный ракурс, – заметил он.

Ричард закрыл за собой дверь чулана, вынул из кармана ключи, отпер замок и зашел в квартиру. Наконец-то он дома. Бросив взгляд на кухонное окно, он с облегчением отметил, что снаружи снова темно.

– Ричард! – воскликнула Дверь. – Ты привел его!

За время его отсутствия она помылась и, кажется, даже попыталась отчистить одежду от грязи и крови.

Руки и лицо ее сияли чистотой. Тщательно вымытые волосы оказались золотисто-каштановыми, даже скорее темно-рыжими, с медным отливом. «Интересно, сколько ей лет? – подумал Ричард. – Пятнадцать? Шестнадцать? Или больше? Непонятно».

Она надела свою коричневую кожаную куртку, ту самую, в которой была, когда Ричард ее нашел, – огромную, мешковатую куртку, похожую на летную, и выглядела в ней еще более хрупкой.

– Привел, – отозвался Ричард.

Маркиз Карабас опустился перед девушкой на одно колено и склонил голову.

– Мое почтение, леди, – сказал он.

Казалось, девушке стало неловко.

– Прошу вас, маркиз Карабас, встаньте. Я так рада, что вы пришли!

Он быстро поднялся и сказал:

– Насколько я понимаю, вы произнесли слова долг и огромный. Это так? Или вы имели в виду что-то другое?

– Мы поговорим об этом позже, – сказала Дверь, подошла к Ричарду и взяла его за руки.

 – Спасибо, Ричард. Я очень благодарна тебе за все, что ты для меня сделал. Я сменила простыни на кровати. Жаль, я ничего больше не могу для тебя сделать.

– Ты уходишь?

Она кивнула:

– Теперь я в безопасности. Более или менее. По крайней мере, на какое-то время.

– И куда вы пойдете?

Мягко улыбнувшись, она покачала головой:

– Не спрашивай. Я ухожу, и больше ты меня не увидишь. Ты просто молодец. – Она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку, как, прощаясь, целуют друг друга хорошие друзья.

– А если мне когда-нибудь понадобится с тобой связаться…

– Не понадобится. Никогда. И еще… – Она немного помолчала, а потом проговорила: – Прости меня за все, ладно?

Ричард смущенно опустил голову и уставился на свои туфли.

– Мне не за что тебя прощать, – пробормотал он и неуверенно добавил: – По-моему, все было отлично.

Когда он поднял голову, в комнате уже никого не было.