Американские боги

Понимаешь? Когда мы были молоды, волосы у него, ну, они белые, понимаешь, очень светлые, и глаза голубые, вот люди и говорили, что он – хороший брат. А у меня волосы темные, темнее даже, чем у тебя, и я, значит, нехороший, понимаешь? Я плохой брат. А теперь вот сколько времени прошло, волосы у меня поседели. У него, кстати, тоже – тоже наверняка поседели. И если сейчас поставить нас рядом – как понять, кто был светлый, кто темный?

– Вы с ним дружили? – спросил Тень.

– Дружили? – переспросил Чернобог. – Да нет. Это как ты себе представляешь? У нас и интересы были совершенно разные.

В конце коридора раздался какой-то шум. Вошла Зоря Утренняя.

– Ужин будет через час, – сказала она и вышла.

Чернобог вздохнул.

– Она уверена, что прекрасно готовит, – сказал он. – Где она выросла, там кухарки готовили. А теперь – нету кухарок. И ничего нету.

– Так не бывает, – вмешался Среда. – Всегда остается хоть что-то.

– Опять ты, – обернулся на него Чернобог. – Не желаю тебя слушать.

Он повернулся к Тени:

– Ты в шашки играешь? – спросил он.

– Да, – ответил Тень.

– Вот и славно. Значит, сыграешь со мной в шашки. – Он снял с каминной полки деревянную коробку с шашками и вытряхнул их на столик. – Я буду играть черными.

Среда дотронулся до руки Тени:

– Не стоит, знаешь, лучше не делай этого, – сказал он.

– А что такого-то? Я и сам не прочь, – сказал Тень. Среда пожал плечами и вынул из небольшой стопки пожелтевших журналов старый номер «Ридерз дайджест».

Коричневые пальцы Чернобога закончили расставлять шашки, и игра началась.

Потом Тень много раз будет ловить себя на том, что вспоминает эту игру. А по ночам она ему даже снилась. Плоские круглые кусочки дерева, которыми он играл, были грязно-желтого цвета, номинально – белого. Те, что у Чернобога – тусклого, выцветшего черного. Первый ход должен был сделать Тень. Ему снилось, что во время игры никто вообще ничего не говорил, и слышны были только громкие щелчки, когда шашки опускались на доску, или шорох дерева о дерево, когда их передвигали с одного поля на другое.

Первые пять-шесть ходов оба игрока передвигали передние шашки в центр доски, оставив задние ряды нетронутыми. Между ходами случались паузы, долгие, как в шахматах: оба сидели, смотрели на доску и думали.

Тень играл в шашки и в тюрьме: так проще было убить время. В шахматы ему тоже доводилось играть, но он был не из тех, кто любит все рассчитывать на несколько ходов вперед, просто по складу характера.