Последнее послание

 – Аккуратно вытащите ее.

Грейс положила запачканную красноватой жидкостью ручку возле лица убитого.

– Что вы об этом думаете?

– Если вам удалось ввести зонд так далеко, значит, была сломана решетчатая кость, разделяющая носовую перегородку и мозг. Принимая во внимание внешний вид розоватой субстанции, обнаруженной вами под носом, с девяноста процентами вероятности можно предположить, что жертве сделали эксцеребрацию.

– Что?

– Что у нее удалили мозг.

Это известие в дополнение к запаху запекшейся крови и виду трупа вызвало у Грейс необходимость присесть.

– Инспектор?

– Да… Я вас слушаю.

– Возможно, убийца действовал так же, как бальзамировщики мумий в Древнем Египте. Он ввел в ноздрю металлический крючок, сломал решетчатую кость, а потом извлек желеобразный мозг, быстро вращая своим орудием слева направо, вследствие чего мозг вытек через проделанное отверстие. Субстанция, засохшая под носом жертвы, наверняка является остатками мозга погибшего.

Теперь Грейс поняла, почему череп показался ей таким легким, когда она его поворачивала.

– С учетом следов на лице, которые я отметил на присланных вами снимках, – продолжал судмедэксперт, – допустимо предположение, что в момент эксцеребрации жертва была жива. Но это потребует более углубленного исследования.

Представив себе степень жестокости этой пытки, Грейс закрыла глаза, словно верующий, сосредотачивающийся перед могилой близкого человека.

– Спасибо, доктор Мюррей, – пробормотала она.

Она нажала на кнопку «отбой», а в голове у нее теснились мысли. Зачем понадобилось удалять у жертвы мозг? Она никогда не слышала о подобном случае. Ни «в поле», то есть в реальной практике, ни в юридической литературе, которую изучала в школе полиции. С какой целью понадобилось так ее уродовать?

В памяти всплыли слова аббата о личности Антона. Тот расхваливал его образованность, тягу к знаниям, живость его ума. Так, может, удаление мозга стало проявлением мести со стороны человека, завидовавшего уму Антона? Зависти, которая шла дальше желания просто убить, а хотела еще и уничтожить сам источник этого ума?

Стук в дверь комнаты прервал ее размышления.

– Инспектор, – шепотом позвал ее аббат, – до окончания переписывания манускриптов остается всего десять минут. Затем мои братья покинут скрипторий и пойдут в часовню, где будут молиться в течение получаса, и я должен буду находиться с ними.