Александровские Кадеты. Смута. Том 2

– Так и мы языки учим! Язык то есть…

– Учить-то учите, да выучиваете ли? В гимназии ведь как было? Не успеваешь, плохие отметки, экзамены не выдержал, переэкзаменовку провалил – всё, до свидания. Неучей да митрофанушек в гимназиях не держали. Кто не хочет учиться – до свидания. Вот мы и учились. Ну и… проще всё было. Кто хулиганит – учитель мог и за ухо к начальнику гимназии отволочь, в особых случая даже выдрать могли. И знаешь, действовало!

Юлька тогда подумала, что кое-кого из их с Игорьком одноклассников точно не помешало бы выдрать; но слова бабушки запомнила.

– Так о чём это они? – повторила она, потому что Игорёк как раз морщил лоб, обдумывая, как лучше объяснить Юльке тему про «фьюче пёрфект ин зе паст», никак ей не дававшуюся.

– Да то ж дело нехитрое, – уныло ответил он наконец. – Дед и ба давно говорили, что, мол, если совсем тут прижмут, уйдут в тот поток. Насовсем уйдут, ну, до самой смерти.

– Ой… –   задрожала Юлька. – Да как же они там будут? Они же старые!.

Игорёк вздохнул – очень по-взрослому:

– Помнишь, Константин Сергеевич тоже про это говорил? И дед тогда ответил, что, мол, это будет последнее средство, если «загонят в ловушку здешние власти предержащие». Видать, опасается он, что таки загонят… Петров этот, что в лабораторию приходил… он же из Большого Дома, из Комитета… Значит, занялись всерьёз. Может, твой дядя Серёжа всё-таки достучался… до тех.

– А что там они «насчитали»?

– Маслакова! – возмутился Игорёк, правда, в шутку.

– Насчитали, что ничему кадеты помочь не могли, а только навредить, да?

– Слушай, ну чего пристала? У деда спроси напрямик!

И Юлька спросила.

Николай Михайлович тоже вздохнул:

– Серьёзный вопрос, Юленька. Беда в том, что никто – и я тоже – не смог создать непротиворечивую модель, что и как у нас изменится. Приходилось палить, что называется, наугад. Да, да, Ирина Ивановна и Константин Сергеевич мне говорили, что это безответственно, что нельзя решать за всех, что нельзя вообще ничего делать, если точно не знаешь, чем это кончится… спорить не будем.

– Что попробовать? – Юльке было страшно. «Всё-таки я изрядная трусиха…»

– Попробовать увидеть в точности, что же там таки случилось. И может, понять, почему у наших любезных кадетов, как и у их наставников, напрочь отшибло память.