Заговор

Она достала из кармана карандаш и маленький блокнот с заметками по расследованиям, который всегда носила с собой.

Потом она принялась рисовать тело Катрины Хагебак, поза которого, раны и татуировка делали это убийство таким таинственным. Как будто она столкнулась с загадкой, большей чем убийство. Словно разгадать символику было важнее, чем установить мотив преступления.

Сосредоточенность на рисунке успокоила ее, мозг работал, рассматривая предположения на грани безумия. А что, если Катрина Хагебак сама убила своих телохранителей, прежде чем устроить собственную смерть? Это объяснило бы отсутствие следов взлома и легкость, с которой были уничтожены трое сотрудников службы безопасности.

По мере того как грифель карандаша скользил по листу, она мысленно прокручивала самые абсурдные идеи, словно для того, чтобы они не забивали ей голову, оставаясь нерассмотренными вариантами.

Она собиралась убрать свой блокнот с рисунком, как вдруг звякнул телефон, извещая о полученном сообщении. Насколько прекрасно она владела своими реакциями на людях, настолько же легко краснела в интимной обстановке.

Сара собиралась быстро набрать ответ и пойти к экспертам узнать, что они нашли, но тут у нее на поясе зажужжала рация.

– Иоахим Триммер вызывает Сару Геринген.

Медэксперт говорил быстрее, чем во время их прошлых бесед.

– Слушаю, – ответила она, взяв рацию.

– Вам лучше зайти и посмотреть самой. Я… я думаю, что мы кое-что нашли.

Сара не обратила внимания на скачок, который сделало в груди сердце.

Она встала и побежала в палатку, где делали вскрытие.

Глава 8

Сидя на кровати, Кристофер подождал минуту, глядя на экран телефона и не строя иллюзий относительно немедленного ответа Сары на его сообщение.

Будильник показывал 5.39. Кристофер только что очнулся от нервного сна с ощущением, что в цепочке его мыслей со вчерашнего дня не было никакого перерыва.

Занятый внезапным отъездом Сары, предстоящим первым рабочим днем в крупном норвежском издании и обидой Симона, его мозг нагромождал тревоги одну на другую, образуя пирамидку.

Не волнуйся, с ней все будет хорошо, повторял себе Кристофер, слезая с кровати.