Год беспощадного солнца. Роман-триллер

– Вам, наверное, все женщины завидуют! – убежденно заявил Мышкин.

– Завидуют? Ну, как вам сказать… – задумалась Потапова. – А что вы звоните? Чем могу?

– Мне нужны истории болезни всех усопших за последние десять лет. Буду брать ящиками.

Трубка замолчала. Потом удивленный голос Потаповой:

– Что-то не пойму вас, Дмитрий Евграфович.

– Иcтории с летальными исходами по клинике за последнее десятилетие, – медленно, как диктовку, повторил Мышкин.

– Вы были в отпуске? – неожиданно спросила Потапова.

– То есть?

– В отпуск уходили?

– Это я вас что-то не пойму.

– Были или нет? – упрямо допытывалась Потапова.

– Был, но при чем тут…

– Когда вернулись? – не отступала она.

– Уже не помню. С месяц, наверное. Да, месяц назад. Но при чем тут…

– Значит, вы ничего не знаете. Вообще-то, странно.

– Что я должен знать?

– Всего лишь то, что ровно четырнадцать дней назад я передала в компьютерный центр последний документ нашего архива. Идите к Ладочникову.

– И куда же вы?

– На повышение. В коммерцию, – холодно ответила Потапова.

– Вот как! – уважительно отозвался Мышкин. – Значит, вы у нас стали бизнес-вумен. Собственную фирму открыли?

– Незачем. Около моего дома уже есть нужная коммерческая фирма.

– И какая же?

– Мясной магазин.

– Лучше не придумать! – восхитился Мышкин. – Приобрели в собственность? Или акции?

– Я туда кассиром. Обещают на пять тысяч больше, чем здесь.

– Очень жаль! – искренне пожалел Мышкин. – Вот Эсмеральда, а тут еще вы… Лучшие люди уходят. Все равно: дай Бог вам удачи!

Он позвонил в компьютерный центр – прямо начальнику. Сергей Ладочников, начальник и одновременно сам себе подчиненный, не отвечал. Мышкин послушал гудки минут пять, плюнул и бросил трубку.

На двери компьютерного центра висели два объявления: «Надень бахилы! Здесь тебе не операционная!» и второе: «Осторожно: живой Ладочников. Стучать три раза, только без звука».

Машинально Мышкин глянул на свои кроссовки: оказывается, он так и ходил в демидовских бахилах.

Дмитрий Евграфович деликатно поскреб пальцами дверь, потом щелкнул по ней ногтем три раза. Выждав две минуты и представив себе, что бьет пенальти, Мышкин с размаху ударил ногой по филенке.