Год беспощадного солнца. Роман-триллер

 – Сюда?

– Зачем же сюда? Приходите ко мне домой. Да хоть завтра. Приглашаю вас в гости. Вполне официально. Завтра и приходите. К семи. Или лучше к восьми. Придете? Я буду вас ждать.

– А я буду счастлив, – честно ответил Демидов: уже два года, как он овдовел.

8. Ладочников: только хакинг!

– Ого! – сказал Клюкин и прошуршал направо-налево бородой. – По твоему виду, Полиграфыч, можно подумать, что Барсук за опоздание не высек тебя, а премию выписал.

– Что-то вроде того, – с загадочным видом ответил Мышкин и взялся за местный телефон.

– Хэллоу! – услышал он грудной голос заведующей архивом Потаповой и в который раз для себя отметил, что голос этот исходит из самой большой в клинике груди.

– Вера Сергеевна! Позвольте поцеловать кончики ваших крыльев, как говорил Вольтер людям, которые вас абсолютно недостойны!

– И только-то, Дмитрий Евграфович? – она узнала его сразу. – Не радуете меня, не радуете… Даже разочаровываете.

– Я смертельно боюсь вашего мужа, – признался Мышкин.

– Что да, то да, – вздохнула Потапова то ли с сожалением, то ли с гордостью. – Иной раз не знаю, что с ним делать. Вчера соседу руку сломал.

– Вот видите! – упрекнул Мышкин. – А меня провоцируете. Как я буду выглядеть, если он мне ногу сломает? Нет у меня никаких шансов.

– Да и у соседа не было шансов, – ответила Потапова. – Ему семьдесят два года, представляете?

– Нет, – удивился Мышкин.

– Какое там! Дождешься нынче от мужиков… Это его самого муж пригласил к нам. Представляете, сидят на кухне, водку трескают, я им – грибков, сосед меня в щечку – совсем по-отечески. Поблагодарил. И так чуть-чуть погладил. Правой рукой. В знак признательности.

– И по какому же месту он вас погладил? – вкрадчиво поинтересовался Мышкин.

– По спине.

– И только-то? Не радуете меня, не радуете, Вера Сергеевна… – вернул словечко Мышкин. – Сплошное разочарование.

– Правду сказать, немного ниже. И что тут такого?

– В самом деле, что такого… – легко согласился Мышкин. – А дальше?

– Пошла в ванную стирать, вдруг слышу вопли. Влетаю – сосед орет, рука у него висит, как тряпка. В двух местах сломана. А мой кричит ему прямо в ухо…

– Зачем же в ухо? – перебил Мышкин.

– Затем, что сосед глухой, как тетерев. Так вот, орет ему в ухо: «Еще дотронешься до Верки – бонус получишь. Третий перелом».