Замок из стекла

– Так перечитали бы хоть, – не сдавался Кейн. – Вдруг старые мысли вернутся в вашу голову.

Я тихо зарычал от его упрямства. Сел на кровати. В глазах медбрата отразился искренний испуг, и он было протянул ко мне свои руки, но я отмахнулся. Я дотянулся ступнями до пола и осторожно, опираясь на спинку кровати, поднялся. А потом неуверенно доковылял до окна. Кейн всё это время не сводил с меня глаз и был напряжён, словно пружина. Он был готов в любой момент вскочить и поддержать меня. Я устал буквально за пару минут: слишком много времени я провёл в инвалидном кресле и в кровати и мышцы ослабели, превратив мои ноги в две тощие палки.

Но возвращаться в кровать я не хотел. Тем более Кейн был рядом и действительно готов был поддержать меня, если я ослабну окончательно.

– Вы сами хотите как можно раньше покинуть эту больницу, – задумчиво произнёс медбрат. – Это вы мне говорите постоянно. Так почему вы не общаетесь с врачами и не стараетесь хоть чем-то себя занять, чтобы поскорее прийти в норму?

Я открыл было рот, чтобы высказать ещё одну саркастическую фразу, но передумал.

Я поглядел на Кейна – впервые сверху вниз! От этого у меня даже голова закружилась, и я опёрся на подоконник. А потом покосился через плечо – туда, где в темноте за окном скрывался Карстайн. Но ничего не увидел.

– Честно сказать, я с радостью сбежал бы из этого тёплого уютного болота – хоть бы и на инвалидном кресле. Были такие мысли, – ответил я. – Я тут сам превращаюсь в привидение, подобно вашим старичкам и старушкам.

Ты прав в том, что мне необходимо чем-то заняться, иначе я сам себя проем до дыр.

Я глубоко вздохнул и почесал отросшую щетину на подбородке. Глаза мои рассеянно скользили по комнате, пока вновь не наткнулся на внимательный взгляд Кейна.

– Но выбор у меня и вправду невелик… – неуверенно проговорил я. – Я мог бы обосноваться в вашем городе… я хотел бы этого! Но там я буду один. Пойми меня правильно, меня не одиночество пугает. Мне по ночам страшно.

Последние фразы я буквально выпалил. Мне тяжело было признаваться в собственных страхах. И я понимал, насколько нелепо это звучит.

– Ваши сны, – утвердительно кивнул Кейн.

Этот парень был единственным, кому я рассказывал о своих кошмарах. Даже Кэтрин я не захотел говорить об этом. Я отчётливо понимал, что она не поймёт: она была проще, как и все местные жители, которых я видел. К тому же это был бы лишний повод для жалости ко мне.