В погоне за Призраком

Торопливо надев шинель, Булавин, застегиваясь на ходу, направился к двери.

– А удобно ли вам идти к нему самому? – озабоченно спросил Варгин. – Сотников ведь в одном доме с Гаевым живет…

– Спасибо, что надоумили, – улыбнулся Булавин. – А то бы я так к нему и пожаловал.

И пояснил уже серьезно:

– Нет, Виктор Ильич, я не собираюсь к Сотникову домой. С ним можно и в другом месте встретиться. Схожу на станцию. Недавно прибыл туда санитарный поезд. Уверен, что встречу возле него Никандра Филимоновича: старик любит поговорить с ранеными, ободрить их, угостить табачком.

К тому же от старшего сына его давно писем нет, вот он и надеется, видимо, обнаружить его среди раненых…

С этими словами майор вышел из своего кабинета.

Санитарный поезд все еще стоял на станции. Изучая обстановку, Булавин медленно пошел вдоль состава, поглядывая на окна вагонов, в которых виднелись то забинтованные головы раненых, то белые платочки медицинских сестер.

На ступеньках одного из вагонов он заметил пожилую женщину – подполковника медицинской службы – и отдал ей честь.

Женщина, близоруко щурясь, внимательно посмотрела на Булавина и молча кивнула в ответ, продолжая отыскивать глазами кого-то на станции.

Булавин отвел свой взгляд от врача и, посмотрев вдоль состава, почти тотчас же увидел худощавую фигуру Никандра Филимоновича, шедшего ему навстречу. Еще издали закивал он майору, а поравнявшись, приложил руку к козырьку своей железнодорожной фуражки.

– Прогуливаетесь? – улыбаясь, спросил Булавин, протягивая главному кондуктору руку.

– Всякий раз к таким поездам выхожу, – ответил Сотников, всматриваясь в показавшегося в окне вагона солдата с забинтованной головой. – Все надеюсь Васю своего встретить. Писем что-то давно от него нет. Ранен, может быть… Спрашивал уже у медицинских сестер, не попадался ли им старший сержант Василий Сотников, кавалер ордена Славы. Нет, говорят, не слыхали про такого. Значит, слава богу, воюет где-то… А вы, может быть, тоже кого высматриваете?

– Да нет, Никандр Филимонович, я так просто вышел, – ответил Булавин.

 – Хотя и мои близкие есть на фронте: жена военным врачом в полевом госпитале работает. Но она на другом участке, далеко отсюда.

– Да, вряд ли найдешь сейчас человека, у которого никого бы не было на фронте, – вздохнул Никандр Филимонович.

– А не вы ли мне рассказывали, – будто невзначай заметил Булавин, – что сосед ваш, Гаевой, совсем одинокий?

– Может быть, и я, – неохотно отозвался Сотников.