В погоне за Призраком

Никандр Филимонович сообщает важные сведения

На следующий день утром личное дело Аркадия Илларионовича Гаевого лежало на столе майора Булавина. Евгений Андреевич тщательно прочитал его несколько раз, но ни один пункт заполненных Гаевым анкет не вызывал у него сомнений. Согласно этим анкетам Гаевой родился в 1888 году в Западной Белоруссии, в городе Молодечно. Окончив там же церковноприходскую школу, работал по ремонту пути на железной дороге, а затем – слесарем паровозного депо. В самом начале войны эвакуировался из Молодечно сначала в Полоцк, а позже – на станцию Воеводино, где и поступил на работу расценщиком конторы паровозного депо.

Все перечисленные в его послужном списке данные подтверждались справками, достоверность которых не вызывала сомнений.

– А может быть, послать их все-таки на экспертизу? – спросил капитан Варгин.

– Что это даст нам?

– Если они окажутся фальшивыми… – начал было Варгин, но Булавин нетерпеливо перебил его:

– А если не окажутся? Если достоверность их подтвердится? Разве бесспорным станет, что Гаевой – честный человек?

Капитан молчал – ему нечего было возразить Булавину.

– Раздобыть такие справки гитлеровскому шпиону не стоило бы, конечно, большого труда, – задумчиво продолжал Булавин, откладывая в сторону личное дело Гаевого. – Заняв Молодечно в 1941 году, гитлеровцы могли ведь обзавестись нужными им справками в неограниченном количестве.

– И, кто знает, – горячо подхватил Варгин, – может быть, подлинный Гаевой томится теперь где-нибудь на фашистской каторге в Германии или давно уже замучен в одном из концлагерей, а агент фашистской разведки орудует тут у нас, прикрываясь его документами.

– А где доказательства, что это именно так? – сурово спросил Булавин. – Не предлагаете же вы считать Гаевого шпионом без всяких доказательств?

– Но ведь эти доказательства можно искать неопределенно долго, а нам дорога каждая минута.

– Да, нам дорога каждая минута, – строго повторил Булавин, – и именно поэтому мы обязаны либо снять с него все подозрения, либо доказать, что он наш враг, и сделать это возможно скорее.

Варгин с сомнением покачал головой:

– Едва ли найдется такой человек. По словам Алешина, Гаевой живет настоящим отшельником.

– Постойте-ка! – воскликнул вдруг майор, вспомнив свой недавний разговор с главным кондуктором. – Никандр Филимонович Сотников, кажется, сможет нам рассказать о нем кое-что.