Тень надежды

Назвать красавицей выбранную ими невесту язык поворачивался не у каждого, однако брак с этой женщиной сулил не только финансовую выгоду, что для любого мрага является крайне важным, но и возможность подняться на довольно высокую ступеньку в сложной иерархии мрачного мира. Естественно, ни один из женихов не хотел отступать. Избраннице больше нравился Зерг. Он назначал ей свидания, одаривал подарками. Горгун, имея за плечами в два раза больше годков, чем соперник, выбрал другую тактику – он очаровал ее родителей.

Зергу на суде так и не удалось доказать свою непричастность к использованию тумана мертвого омута. Это снадобье позволяло в течение некоторого времени управлять чужим сознанием. Когда в дом невесты неожиданно вошли блюстители закона, оказалось, что родители, давшие согласие на брак дочери, находились под воздействием тумана.

На Горгуна в этот день тоже поступил донос. Его обвиняли в сокрытии синих клубней гонолиуса – обычного растения мрачного мира, которое крайне редко окрашивало подземную часть в нестандартный для своего вида цвет. Любой мраг, обнаруживший такие клубни, должен был немедленно сдать их властям и сообщить о местонахождении находки.

В результате обоих женихов объявили преступниками и выслали в Темьград. Здесь их соперничество продолжилось в другой области.

Вот почему после поединка Ромкуша седой так разозлился, вместо того чтобы радоваться победе Михаила над очень опасным волшебником.

«Что-то здесь нечисто», – решил он, покидая свою ложу.

– Этот тур мне нравится больше предыдущего, – заметил Скальнов, обращаясь к Сомову. – После него хотя бы не каждого уносят вперед ногами.

– Еще бы ему не понравилось! Обчистил меня как липку, – пожаловался Эдуард.

– Сам виноват. Не умеешь делать ставки – не берись.

– Вы что, тотализатор тут устроили?! – усмехнулся Мишка.

– А чем нам еще заняться от безделья?

– Изучать моих будущих противников. Вдруг вы заметите то, что я пропущу.

– С этими вопросами к Каланче. Он у нас парень длинный, ему сверху все видно. Правильно я говорю?

Марицкий отвернулся.

– Эдуард, ты ничего интересного не отметил во время боев? – спросил Сомов.