Параллельное дознание

Весь документ читать не нужно. Только то, что касается описания личностей.

– Показания Рейна Александра Карловича. – Саврасов прищурился и начал читать: – Первый: среднего роста, плотного телосложения, лицо круглое, нос курносый, волосы коротко острижены, при разговоре немного шепелявит. Вёл себя грубо, выражался нецензурными словами. Возраст примерно двадцать лет. Был одет в короткую спортивную кожаную куртку чёрного цвета на металлической молнии, чёрные брюки, чёрные туфли, без головного убора. – Саврасов посмотрел на нас: – Фоторобот номер один… Второй: среднего роста, упитанный, лицо продолговатое, нос прямой длинный, рот маленький, волосы короткие зачёсаны налево.

Вёл себя грубо, выражался нецензурными словами. В поведении стыдлив, подчинялся первому преступнику. Возраст около двадцати лет. Был одет в кожаную куртку чёрного цвета прямого покроя на пуговицах, чёрные джинсовые брюки, чёрные ботинки на толстой платформе. Без головного убора. Фоторобот номер два. Показания гражданки Рейн Елены Владимировны идентичны. Слово в слово. Всё.

Офицеры, стоявшие рядом, молчали и с любопытством смотрели на нас.

– Ну что же, товарищи полицейские, – задумчиво произнёс Раис, – с приметами подозреваемых вы ознакомились. Фотороботы рассмотрели?

– Рассмотрели, – сказал кто-то за моей спиной.

– Никого не узнаёте? Полагаю, вас пригласили сюда для объединения усилий в расследовании этого преступления. Я не ошибаюсь?

– Так точно? – сказал тот же голос.

Я оглядываюсь.

Возле меня стоит молодой полицейский и внимательно рассматривает фотороботы. Заметив мой взгляд, представляется:

– Прапорщик Рощин!

– С учётом того, что факс у вас не новый, – продолжает Раис, – и отпечатки получились отвратительные, – Раис пододвигает листы к себе и принимается демонстративно изучать искажённые факсом лица, – я прошу вас изменить угол зрения.

В кабинете слышится шумок, кто-то хихикает.

– Как вы думаете, какой возраст вы определите этим гражданам на первый взгляд?

– Сорок, а то и пятьдесят, – тут же отвечает прапорщик Рощин.

– А на самом деле – потерпевшие определили – грабителям двадцать, а то и меньше.

В это время дверь кабинета шумно растворяется, и входит краснолицый полковник.

– Товарищи офицеры! – выкрикивает капитан Саврасов срывающимся фальцетом.

Привычка, выработанная за годы службы в армии, не подвела. Я быстро встаю, чем кажется, пугаю «работающего» над фотороботами Раиса.