Параллельное дознание

Саврасов, увидев нас, громко командует:

– Товарищи офицеры!

– Здравствуйте! – Раис задерживается у входа, не решаясь войти в компанию, где, наверное, обсуждаются вопросы, не предназначенные посторонним ушам. – Продолжайте работать. Мы к Петру Петровичу по личному вопросу.

– Да вы присаживайтесь, Раис Абидуллович, и вы, Владимир. – Саврасов приглашает нас к приставному столику. – Токарев и Светлов у начальника отдела на пятиминутке.

Созревает ощущение, что я выгляжу здесь посторонним зрителем. Меня не игнорируют, а воспринимают, как сопровождающее помощника депутата лицо.

Основное внимание сотрудников полиции обращено к персоне Раиса. А я – мальчик на посылках.

Я вовремя притормаживаю зарождающуюся где-то внутри зависть к посланнику из параллельного мира. Моя задача – соблюдать нейтралитет и инкогнито. Хорошо, что документы, удостоверяющие личность, не спрашивают. Интересно, чтобы предприняли сотрудники полиции, узнав во мне покойного. Но, похоже, в качестве покойника я выглядел иначе. Те, кто видел убиенного Володьку в морге, на меня не косятся и не изучают с целью идентификации.

Меня коробит от промелькнувших в памяти образов. Убитых врагов и друзей за время службы насмотрелся. А себя представлять в этом качестве противно. Я даже вздрогнул при мысли об этом.

Сели. Саврасов положил перед нами два листа с фотороботами. Их передали из Москвы по факсу. Изображения на бумаге отпечатались не чётко. Я мельком взглянул на серые лица, описанные и нарисованные со слов старших Рейнов и подправленные компьютерной графикой.

Оба лица мне знакомы. Старики хорошо запомнили основные приметы персон. Однако, узнав, что эти двое, погубили спасителя их ценностей, то есть меня, немного «сгустили краски». Парней я помню молодыми и симпатичными. А с фотороботов на нас взирают «телесериальные бандиты», с грубыми чертами, с тяжёлым взглядом из-под густых нахмуренных бровей.

– Что скажешь, Володя? – спрашивает Раис, наклонившись ко мне.

– Похожи. Но так они будут выглядеть лет в сорок.

– Ясно.

Раис окидывает взглядом окруживших нас офицеров.

– Товарищ капитан, – обращается он к Саврасову, – вы ознакомились с поступившим из Москвы материалом? Кроме фотороботов у вас должны быть протоколы допросов старших Рейнов. И там, наверное, имеются словесные портреты лиц подозреваемых в совершении преступления.

Саврасов присаживается в кресло Токарева и начинает листать уголовное дело.

– Если есть таковые, прочтите показания свидетелей.