Обреченный на любовь

По улицам сновали озабоченные граждане. Озабоченные чем угодно, но только не своими детьми.

– Пойдемте к нам, Алекс, – сказал Паркер. – Нам тоже нужны психологи. С вами всегда чертовски приятно работать.

– К сожалению, ничего не выйдет, Дин, – ответил Калинов. – Полчаса назад я отправил в Комиссию просьбу вывести меня из состава Совета. Так что с психологией покончено…

Он вдруг замолчал. Паркеру показалось, что друг к чему-то внутри себя прислушивается.

– Коллега! – возмущенно сказал Паркер. – Но ведь это похоже на бегство!.

– Увы, Дин, – сказал Калинов, и было в его голосе что-то такое, что Паркер сразу понял: решение принято, и разубеждать Калинова бесполезно.

– Чем же вы собираетесь заниматься?

– Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам… Разгребать болото можно и с другой стороны.

Теперь Паркер удивился твердости, которая прозвучала в голосе друга. Сказал – как отрезал! Ни капли сомнения.

Над старинными зданиями разнесся грохот: на Нарышкином бастионе Петропавловки отметила полдень пушка.

– Не пора ли снимать дисивер, Алекс? – спросил Паркер. – Или вам понравилось ходить в семнадцатилетних юнцах?

– Саша! – раздался вдруг сзади девичий голос.

Паркер обернулся. На мостике через Фонтанку стояла та самая девушка, которую он видел в записи с рекордера. Рыжеволосая принцесса в зеленом платье с глазами цвета изумруда…

Калинов встал и протянул Паркеру руку. Тот крепко пожал ее.

– Прощайте, коллега! – сказал Калинов. – Желаю вам удачи! Будем чистить болото с противоположных сторон… Я снял дисивер еще вчера вечером, после изгнания с заседания Совета.

Паркер застыл на месте, открыв рот и забыв опустить руку. Калинов повернулся и побежал туда, где ждала его принцесса.

– Александр Петрович! – крикнул Паркер.

Но Калинов его уже не слышал. Легкими прыжками он несся по Невскому, а худенькая девушка бежала ему навстречу, и ветер развевал рыжие длинные волосы.

И тогда Паркер отвернулся и пошел в противоположном направлении. Через несколько шагов он оглянулся. Калинов и девушка шли назад, к мосту. Над ними с криками носились чайки. Бронзовый конь вставал на дыбы. Девушка доверчиво прижималась к Калинову, а тот мужественно расправлял узкие юношеские плечи.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОБРЫВАЮЩИЙ НИТИ

…и дрожью незаметной Колеблет ветер нить, порвать пытаясь тщетно; Она крепка, тонка, прозрачна и проста.