Семь крестов

Я же все знаю. И чтоб себя спасти, тебе пришлось других продавать. Друзей, например. Забить бы тебя как кабана, да только возиться неохота.

– О-т-т-к-к-к-уда т-ты э-т-т-о узнал, Гектор? – Рыжий, как рыба, выпучил глаза.

– Я с недавних пор много знаю, чего раньше не знал. На нечисть всякую особенно у меня глаза открылись, тьфу.

– Чего ты хочешь, Пес? – торгаш сорвался на противный писк, и его грузное тело противно затряслось. – Зачем пришел?

– Во-первых, Иуда, давай сюда все деньги. – На стол опустился развязанный кожаный мешочек.

 – Из-за пазухи тоже доставай, иначе пальцы отрублю не глядя. Не старайся утаить, гадина рыжая, все выгребай.

– Да на, подавись, – со слезами на глазах Рыжий в приступе истерики стал выворачивать каждый карман и потрошить все потайные места, постепенно наполняя кошелек деньгами. – На, пусть Томас останется в нищете, он заслужил. Помогаешь людям, помогаешь, а они тебе таким дерьмом платят. Все забирай, подлец, мне не жалко.

– Заткнись, мразь.

 – Увесистая пощечина заставила Рыжего прекратить причитать и снова выпучить глаза на Гектора. – Это полдела. Теперь мне нужен Гзанда.

– Кто? – откинувшись назад, Томас не удержал равновесие и с грохотом завалился на своем складном стуле на спину. – Какой еще Гзанда? Понятия не имею, о ком ты говоришь.

– Я спрашиваю по-хорошему, Томас. В твоих же интересах ответить честно, – Пес схватил мошенника за шиворот и водрузил его обратно на стул.

– Клянусь всеми святыми – я понятия не имею ни о каком Заде, или как ты его там назвал.

Я скромный торговец, работаю на законных основаниях. Конечно, по долгу дела приходится общаться со всяким отребьем, но чтоб с Фандами…

Хлесткий удар расквасил многострадальный нос Рыжего, и из него мгновенно хлынула кровь.

– Я предупреждал, Томас. Не шути больше. – В левое ухо Рыжего влетела еще одна мощная затрещина, и он вновь свалился на пол. – Я спрашиваю тебя еще раз, терпения мне хватит, поверь, – где найти Гзанду?

– Ах ты висельник, лесной червь, да ты хоть на секунду представляешь, что тебя за это ждет? – Корчась на полу и утирая рукавом разбитый нос, Томас плевался кровью: – Ты триста раз пожалеешь, что тебя намедни не казнили.

Ты не жилец, Пес! Попомни мои слова, ублюдок. Я тебе обещаю, что…

– Ты мне однажды уже сослужил добрую службу, Томас, – Гектор с размаху пнул Рыжего в брюхо, заставив того согнуться в бараний рог.