Семь крестов

Пришли бы завтра, заплатили бы вдвое больше …

– Сколько?

– Пять лет – один фирхен[4 - Фирхен – серебряная монета весом 0,75 грамма.]. Десять – шиллинг[5 - Шиллинг – серебряная монета весом 3,2 грамма.] и два денара[6 - Денар – серебряная монета весом 0,3 грамма.], а за двадцать извольте выложить хальбшоттер[7 - Хальбшоттер – серебряная монета весом 3,1 грамма.]. Но это сущие пустяки по сравнению с тем, какие муки вас ожидают перед смертью. Черный огонь пожирает вас изнутри, а мои грамоты не только продлят вам жизнь, но и избавят от невыносимых страданий.

Выгоднее брать сразу на двадцать лет – так дешевле.

– А если я все-таки умру раньше?

– Этого не случится. Разве что вас придавит обрушенный балкон или зарежут в подворотне, от таких напастей я не спасаю – только от человеческих недугов. Итак, на сколько лет вы хотите получить?

– Давайте на десять, но учтите, – теперь палец клиента уперся в грудь Томаса, – если, не дай Бог…

– За кого вы меня принимаете? Никто еще ни разу не пожаловался! – Томас осторожно отстранил руку напористого господина.

 – А впрочем, ваше дело, не хотите – не надо. Помогаешь людям, а они… Всего вам наилучшего. Я навещу вас летом на кладбище, до свидания…

– Постойте, извините, я не хотел… понимаете, просто такие деньги… Возьму-ка я, пожалуй, на пять, а там посмотрим. Вот ваш фирхен, берите.

– Видите ли, уважаемый, я вас не предупредил, человек перед вами, – рыжей, в веснушках рукой продавец чудодейственных грамот указал в сторону выхода, – только что забрал последнюю.

Остались только на десять и двадцать.

– Тогда я вернусь через неделю, – недоверчивый покупатель встал.

– Боюсь, через неделю мы вряд ли встретимся – я отправляюсь в Рим за благословением грамот, как только продам те, что у меня есть сейчас. Можете не сомневаться – произойдет это очень скоро. Люди ведь постоянно болеют и умирают. Так уж они устроены, – рыжий коротышка тяжело вздохнул. – Тропа сюда никогда не зарастает.

А может, и сегодня даже все продам.

Собирались стрелки городские зайти группой – недуги никого не щадят. Чувствую, бумаги быстро разойдутся.

– А, черт с вами, плевать, давайте на десять, гореть вам в аду на сковородке.

– Пожалуйста, возьмите, жду вас через десять лет! Осторожно, не споткнитесь.

Чех по происхождению, Рыжий Томас, завсегда охочий до наживы, не случайно оказался в Пруссии – знаменитая Троицкая ярмарка манила сюда подобных личностей.