Эволюция войны: Великий поход Адарота

Если это не дурдом, то что тогда?! Теперь я втянул в твою войну Таллу и её взяли в заложники, и хорошо если она…

Ксандор резко шагнул к сыну и крепко его обнял. Зейн тут же замолчал, лишь всхлипывая и вздрагивая. Несколько минут, которые никто не решился прерывать, они простояли, обнявшись с закрытыми глазами. Наконец, отец отпустил сына, положив руки ему на плечи, и сказал:

– Ты ни в чём не виноват. Полагаю, это всё моя оплошность. И как только мы разберёмся с этим дерьмом, я оставлю тебя и больше не причиню вреда.

– Или может позволишь мне хоть ненадолго почувствовать, что у меня есть нормальная семья? – предложил парень.

Ксандор закивал, опустив взгляд в пол.

– Давайте разберёмся по порядку, – предложил он, обращаясь уже ко всем.

Однако разговор прервал вошедший в комнату воитель, в котором без труда узнавался тот самый Избранный из недавнего рассказа Ксандора. Поклонившись другу и мягко улыбнувшись его юным спутникам, он указал на выход.

– Пройдём наружу, – предложил Нигаэль.

Когда они вышли из небольшого трёхэтажного домика с округлой крышей, похожей на шлем с золотым ободом, Зейн чуть не захлебнулся от одновременного восторга и страха. Небесный город плыл прямо через космос, прикрытый прозрачным золотистым куполом, от вида Вселенной, проплывающей мимо, не могло не захватить дыхания, как не могло с трепетом не сжаться сердце при взгляде на огненное зарево, расползающееся там, где недавно кипела битва с орками. Разрыв пространства, оставленный флотом Когорты, напоминал чудовищную рану, массивные корабли с шипастыми черепами вместо кабин и каким-то хаотическим нагромождением металла и рогов вместо корпусов выстроились в непреступную стену.

– А где орки? – спросил Ксандор, также вглядываясь в костёр, рождающий суда.

– Сначала пытались драться с демонами, – задумчиво проговорил Избранный, – потом ушли. Нам почти удалось схватить Грока Великого…

– Пусть уходит, – спокойно ответил старший Лард.

– Да он нас чуть не убил обоих! – воскликнул очнувшийся от ступора Зейн. – Сначала я даже сопереживал им, возможно, с твоей подачи. Но орки опасны…

– Само собой, – усмехнулся отец. – И всё-таки Грок меня не тронул. Он пылал от ярости и стал больше, чем когда-либо раньше. Пока я недоумевал, что ко мне вернулись силы, он легко бы меня располовинил при желании, а ведь не стал.