Бюро «Канун», или Ужасы Ивота

Ой, беда! Беда у меня стряслась!.. – перепуганно произнес дед…

Так у бюро «Канун» появилось их следующее дело.

К «нулевому» дому улицы Новая подъехал уазик болотного цвета. Машина была куплена Лунославом и Булатом вскладчину для нужд бюро, и теперь их поездки всегда начинались со спора, кто поведет. Сыграв напоследок в «камень-ножницы-бумага» в очередном подобном препирательстве, они вышли.

Булат горделиво оглядел опрятный и дорого?й дом:

– Мы, похоже, становимся знаменитостью, шаман-брат! Смотри, какая домина у клиента!

– Местные ненормальные всегда знамениты, – заметил Лунослав.

 – А мы сразу и местные, и…

– …и ненормальные! – хохотнул Булат. – Отжег прямо в точку, братец! Прямо в точку!

Они подошли к дому, возле которого на качелях возились Вика и ее подружка – Веселина.

– А я вот че знаю! – сказала Веселина. – Если одну и ту же кошку кормить в одном и том же месте целых тринадцать лет, то знаешь, что с ней будет?

– Ну и что с ней будет? – спросила Вика.

– Сказать? Сказать-сказать-сказать?

– Ну, хватит! Скажи, вредина!

– Она станет – злым оборотнем! Вот так! Поэтому я свою Мурку всегда кормлю в разных местах – и на столе, и у себя в кровати!

– Ой, а мы Дуську там же кормили – у шкафчика!.

. – И Вика, вспомнив пропавшую Дульсинею, расстроилась.

Лунослав с умным видом записал услышанное в блокнот, а Булат с таким же умным видом покрасовался перед девочками «косухой».

– Здравствуйте, – настороженно сказала им Вика. – А вы к кому?

– Мы к Агафону Лавровичу, – вежливо кивнул ей Лунослав.

 – Он нам звонил по о-о-очень важному делу.

– Ага, прям посреди ночи! – сплюнул Булат и, устыдившись своего поступка, затер плевок ногой.

– Ой, так вы дяди, о которых говорил дед? – обрадовалась Вика. – Пойдемте-пойдемте! У нас тут такое! Такое!

Лунослав и Булат проследовали за ней в дом, и девочка привела их на кухню, где задумчиво сидел дед Агафон.

– Агафон Лаврович? Мы… – начал было Лунослав.

Дед Агафон остановил его экономным взмахом руки и отрешенно прошамкал:

– Дочка моя, Шурочка-то, стала совсем нелюдимой… Раньше хоть, бывало, обругает нас, попрекнет чем… А сейчас ни слова – ни-ни! Даже с работы ее этой, чудо-богаческой, звонили, спрашивали, что с ней.

Обедать там перестала. Диво! Что ест-то?! Ни там, ни с нами не кушает! Беда, беда с ней лютая приключилась. Вы бы ее ночью видели! Опростались бы! – И он подробно всё рассказал: и про звуки, и про увиденное, и про характер Шурочкин – злой и бабский.