Бюро «Канун», или Ужасы Ивота

Булат усмехнулся, включил фонарик и первым ступил на железнодорожное полотно.

Черное небо над их головами было беззвездным и пустым, словно отлитым в дьявольском копыте; однако его света вполне хватало, чтобы не сломать где-нибудь ногу. Верхушки темных деревьев со скрипом покачивались, хотя ветра не было. Где-то не то ухала, не то охала сова. Так и хотелось самому постучать по рельсам…

– Так, про мутное образование нашего бюро – знаю, – бодро сказал Булат, пуская при помощи фонарика пугающие тени. – А что по поводу твоей книженции? Что за язык, на котором ты свою вуду-кашу бормочешь?

– Ну-у… – неопределенно протянул Лунослав.

– И-и?

– Да не знаю я! В смысле – не знаю язык, который Черномикон показывает.

– Ну а смысл-то его понимаешь?

– Эм… Примерно, – смутился Лунослав.

– Примерно? – удивился Булат. – А вдруг ты нас всех матом на потустороннем кроешь!

– Не крою. Но горло от этого чтения дерет так, будто стакан стеклянных заноз с завода выпиваешь!

– Да?

– Да.

– Тогда ладно.

Лунослав и Булат в задумчивом молчании прошли еще несколько метров, как вдруг позади них раздалось отчетливое и тихое – тук-тук! Сова тотчас умолкла, а деревья заскрипели еще громче и зловещей. Сотрудники бюро замерли. Черномикон ощутимо дернулся.

– Не оборачивайся! – в страхе прошептал Лунослав, хватая Булата за рукав.

– Ядрен батон, дрищ! Ты чего?! Это же наша работа! – возмутился тот, вырываясь из хватки напарника.

– Хорошо-хорошо! Просто дай мне… чуток подышать! Вот та-ак! Фу-ух! Фу-ух!

Тук-тук! – снова постучал кто-то позади них по металлу.

– Не томи – не яблоко в заднице! – И Булат, схватив Лунослава, обернулся вместе с ним.

Луч фонарика выхватил из темноты ползшую по рельсам ужасную мертвую женщину, разрубленную пополам. Длинные черные волосы покойницы обрамляли ее бледное лицо с пустым взглядом; в руках у нее была жуткая коса, сделанная из острых полос разорванных рельсов. Вторая половина покойницы, едва сучившая ногами, болталась в остатках порванного савана.

– Мать моя, твою мать! – обмер в ужасе Лунослав. – А п-почему на ней саван?! Она же не в нём грибы собирала?!

– Лунтик! Книгу! – скомандовал Булат и молодцевато расправил плечи.

– Сам ты «лунтик»! – оскорбился тот, выхватывая затрепетавший Черномикон.

Фолиант сам раскрылся, подсветив лицо молодого человека кроваво-красным. Появившееся заклинание было большим, и Лунослав приготовился к болезненной трансформации горла.