Мозговая активность

– Эээ… Ирис, не обращай внимание на этих дураков… Я не то, что они подумали, просто… – собраться с мыслями для меня было целой проблемой, я умолк, не закончив фразы.

– Нам пора идти, Сэм, – она посмотрела на меня взглядом, в котором читался вопрос и надежда.

– Подожди, Ирис! Я хотел пригласить тебя в гости. Придёшь? – я выпалил это на одном дыхании и уставился на свою обувь, ожидая приговора.

– Конечно приду, Сэм, – с облегчением сказала она, – Давно хотела пообщаться без посторонних ушей.

Меня обуял восторг, я едва сдержался, чтобы не подпрыгнуть, но внезапно я вспомнил, что продумывая все мелочи, я не подумал о том, как проводить Ирис в свою комнату, ведь раньше мне было сложно найти нужную дверь среди десятков похожих.

– А как ты найдёшь меня? Я живу справа по коридору от Игровой, через… – я лихорадочно пытался прикинуть сколько дверей отделяют мою комнату от Игровой. Десять? А может, двадцать? Я никогда их не считал.

– Меня проводят, жди меня у себя, я скоро приду.

Когда я возвращался в комнату, мне казалось, что коридор бесконечный и двери слева и справа никогда не кончатся. Я даже ненадолго перешёл на бег, обуреваемый нетерпением. Добежав до открытой двери, которая вела в мою комнату, я обнаружил её пустой, но когда я зашёл, и дверь за мной развернулась, я не отчаялся, а стал ждать, ведь Ирис пообещала мне, что придёт.

Минуты тянулись бесконечно долго, я бросался то ровнять несуществующие складки на покрывале кровати, то прислушиваться к двери, то к раковине – прилизывать непослушный вихор.

Когда я уже взялся за книжку, чувствуя себя подавленным и обманутым, на стене вдруг вспыхнул экран, и на нём появилась Ирис.

Сперва я опешил, так как ожидал немного другого, но это быстро сменилось радостью от того, что я вижу её, от того, что она всё-таки появилась здесь.

– Привет, Сэм! Вот и я!

– Привет, Ирис.

– Нет, Сэм, – она вздохнула, – Мне разрешили общаться с тобой только так. Прости, но я не смогу прийти сама. Но я очень рада взглянуть на твою комнату, она такая аккуратная! Ты молодец, Сэм!

Румянец разлился по моим щекам, я начал показывать ей книжки и некоторые рисунки из тетрадок. Было не очень удобно подносить рисунки к экрану так, чтобы она увидела, но это было лучше, чем ничего, и я был рад гостье.