Жёлтый саквояж

Союзники вступили в войну, и теперь нам надо продержаться совсем немного. Думаю, оборона будет создана на линии Вислы. Там у нас есть мощные крепости, такие, как Осовец, Модлин…

– Да-да, я уверен, именно так и будет – несколько поспешно согласился хозяин и, явно переводя разговор в другое русло, глянув на стоявший у кровати Зенека жёлтый саквояж, который поручики постоянно держали при себе, не без некоего подтекста произнёс: – «Оmnia mea mecum porto»…[22 - Всё своё ношу с собой (лат.).]

Ответить Ковальский не успел, так как Зенек, не отходивший от окна, вдруг предостерегающе поднял руку.

– О, кто-то приехал!

Действительно, в комнату долетел звук автомобильного мотора, и хозяин, поспешно выскочив из комнаты, умчался встречать очередных гостей. Поручики знали, что в доме уже живут близкие знакомые, поспешившие сбежать в село от бомбардировок, и потому Ковальский скептически заметил:

– Наверняка ещё кто-то из городских…

Однако поручик ошибся. Дверь неожиданно распахнулась, и в комнату вошёл пожилой офицер, прямо с порога заявив:

– Я майор Вепш, – и только потом, приложив два пальца к конфедератке, спросил: – Поручники Ковальский и Зенек?

– Так точно! – враз ответили оба и, радостно переглянувшись, дружно щёлкнули каблуками…

* * *

Остап быстро шёл улицей, по возможности сторонясь прохожих и на всякий случай время от времени оглядываясь.

В городе было неспокойно, какое-то подспудное волнение словно разливалось кругом, и парень чуть ли не бежал по тротуару, стремясь как можно скорее выйти к предместью Вулька.

На углу Легионовой внезапно наплывший откуда-то звук авиационного мотора заставил Остапа поднять голову. Этот уже знакомый гул приближающегося бомбардировщика обычно приводил к тому, что люди начинали беспорядочно метаться в поисках укрытия, но сейчас явно происходило нечто другое. То, что Остап увидел, удивило не только его, но и прохожих, которых, несмотря на тревожные слухи, циркулировавшие по городу, было немало.

Сверху, кружась и порхая в воздухе, густо падали небольшие листовки.

Как и все, Остап подхватил первую попавшуюся и, мгновенно забыв обо всём, замер на месте. На бумаге чётко выделялась броская надпись по-русски: «Граждане, соблюдайте спокойствие! Красная армия входит в город!»

Дальнейшего текста листовки Остап даже не читал, а поспешно сунул бумажку в карман и стремглав помчался вдоль застроенной обывательскими домишками дороги, с давних времён именовавшейся Киевским шоссе.