Высшая несправедливость

Побледнел он, казалось, еще сильнее, тяжело дышал, точно воздуха не хватало, и тер мокрый от снега и пота лоб. Сирена заткнулась, наконец, ветер почти разнес вонь от горевших покрышек – инструкторы старались выдержать нужный антураж места битвы и это им неплохо удавалось.

– Ну што, олени, довольны? – послышались тяжелые шаги, хруст бетонных и кирпичных осколков. С третьего этажа неспешно спускался здоровый, как кабан, мужик со стволом на плече. Константин Всеволодович Грачев, владелец большой строительной фирмы и организатор побоища на развалинах оборонного завода, превращенного в пейнтбольный полигон, оглядел подчиненных и инструктора, вытянул маску перед собой.

– Кто мне в глаз засветил, признавайтесь?

Стекло его маски сплошь покрывало синее пятно и игрок с такой меткой считался трупом без вариантов, ибо в реале прожил бы минуту, от силы две. Из-за Костиной спины выскользнула тень в два раза меньше его по габаритам, пересекла площадку и подбежала к Денису. Стянула маску, капюшон, и принялась собирать в хвост растрепавшиеся темные волосы.

Денис обнял девушку.

– Ир, подожди нас внизу, – шепнул он. Ира глянула снизу вверх зелеными глазищами дернула плечом и не тронулась с места.

– Вот артисты, – Костя натянул маску и пропал за синим пятном, – с одного выстрела вырубили. Признавайтесь, кто, я сегодня добрый…

– А хрен его знает, – Пашка вымученно улыбнулся и тут его стошнило. Он отвернулся к стенке, прижал к груди ладони и буквально согнулся в три погибели.

Костя так и застыл в обляпанной маске, Ира глянула на Дениса, на инструктора, а тот снова тянулся к рации. Пашку выворачивало в углу. Костя стащил маску, прищурился зачем-то, и вдруг совершенно беспомощно посмотрел на Дениса:

– Что это с ним? Пьяный?

– Паш, тебе помочь? – встряла Ира, шагнула к нему, но Пашка вытянул руку: не подходи.

– Он отравился, – Денис оттеснял Иру к лестнице и делал страшные глаза инструктору: уведи ее и сам проваливай, без вас разберемся.

Тот сообразил, наконец, взял девушку под руку и чуть ли не потащил за собой, Костя отошел к лестнице и оттуда поглядывал на блюющего Пашку.

– Отравился, значит. Водка несвежая была?

Костя всегда умел поднять настроение и поддержать боевой дух. Пашка уперся обеими руками в стену.

– Я за рулем, – кое-как проговорил он. Костя понимающе тряхнул коротко стриженой башкой и утопал вниз. С улицы доносились голоса и гудки машин, запел мобильник.