Высшая несправедливость

Денис сделал еще шаг, другой, и тут снежная каша из серой сделалась бурой, а у колес образовалась большая багровая лужа. Получалось, что женщина сначала упала, а потом «форд» впечатал ее головой в бордюрный камень, после чего остановился, но от этого уже никому не легче. В спину толкнули: это оказалось одно из непонятных существ, вонючее, с запахом перегара и дешевым смартфоном. Под капюшоном мелькнула прыщавая рожа, существо принялось фотографировать труп, что-то бормоча при этом. Из-за капота «форда» показался полицейский.

– А ну пошли отсюда! – рявкнул он, Денис попятился, сшиб существо с ног. Монстр грохнулся на одно колено и нежным девичьим голоском послал Дениса по матери. Тот отошел, не оборачиваясь, и тут увидел Пашку. Он сидел в полицейской «ладе» на переднем сиденье у открытого окна – бледный, как недавно в страховочной сетке, глаза закрыты, лицо в испарине, волосы прилипли ко лбу. Денис бросился туда, еще не до конца осознавая, что произошло, вернее боялся признаться сам себе, что дело дрянь.

– Пашка, – тот приоткрыл глаза, с безумным видом посмотрел на Дениса. Тот наклонился: в машине никого, шипит рация, слышны голоса, много, а Пашка пристегнут наручниками к ручке дверцы.

– Командир, – кое-как выговорил тот, – каким ветром?..

– Паша, ты что вообще, как? Как получилось? – разом бросило в жар, перед глазами помутилось. Денис краем глаза видел бегущего к ним дпс-ника и торопился вытрясти из Пашки хоть что-то внятное. На пути у полицейского возникло убожество в капюшоне, и Денис мысленно возблагодарил небеса.

– Уйди, тварь, – донеслось со стороны, Пашка вяло улыбнулся.

– Прикинь, еду себе, не превышаю, все как положено, и тут вижу – ползет кто-то. Вот реально ползет, я думал, глюки у меня. Взял вбок, потом по тормозам, а оно вскочило вдруг, здоровое, как медуза, вот такая. – Пашка попытался развести руки, но лишь звякнули «браслеты», и размер галлюцинации остался загадкой. – Машину понесло, оно пропало, потом удар.

«Какое там» – Денис до хруста сжал зубы. Пашка сбил женщину, сбил на пешеходном переходе, не оборудованном камерами наблюдения. Шараповка – городские выселки, тут живут старики да гопота вроде этих утырков в капюшоне, что ржут и орут матом с остановки. Камера есть дальше, у выезда на Московское шоссе, но тут глухо, и как теперь доказать Пашкину правоту?

– Убил, значит. – Спокойно проговорил Пашка.