Серый мир

 – Да она еще под стол пешком ходила, когда я уже людей врачевала!

– А прошлой зимой, когда болотники подрали патруль, она же им помогла! – продолжал гнуть свое Митяй. – А ты сказала, что они не жильцы! Выходила, же она их! Так может и этого спасет.

– Во-первых, тебе какой с этого прок? Деньги ты и так все его заберешь, – до чего голос то у бабки противный. – Во-вторых, горе у неё, сына её старшего на каторгу отправляют, не до лечения её сейчас. Когда проклятия и порчи снимаешь, душа должна быть чистая и спокойная, а у неё сейчас спокойствия еще долго не будет, Васька, то её старшой, любимым сыном был.

– Что, не получилось Ваську от каторги отмазать? Эх, хороший парняга был – знатный кузнец – сокрушался Митяй.

– А, как тут отмажешь, если он двух мужиков до смерти забил, – продолжала скрипеть старуха. – Если бы еще кого то из наших, а так прихвостни торгашеские. А с ними атаману ссориться не с руки.

– А куда хоть, Ваську то сошлют? – спросил Митяй. – Может по дороге сбежит?

– Слухи ходят, что в Драконьи горы, на рудники, – ответила бабка. – Оттуда не сбегают, каторжан всех клеймят.

– Да-а, конец Ваське, Драконьи горы – это верная смерть, – грустно произнес Митяй.

– Зови, эту Петровну, разговор у меня к ней будет, – прохрипел я, из последних сил.

– Дурак, человек, сказано тебе, не в деньгах дело, – усмехнулась бабка. – Для таких дел настрой нужен.

– Веди её, я вместо сына её, Васьки на каторгу поеду, – устало произнес я, и опять потерял сознание.

В себя я пришел от того, что кто-то щупает мою грудь, пальцы были тонкие, но нажимали они очень сильно.

– Очень сильная порча на нем, удивительно как до сих пор жив. Хотя, по тому какая у него дыра в энергетике, нет ничего удивительного – весь негатив уходил, а ему досталось только излишки, но все равно с таким проклятьем дольше часа не живут, – голос был очень мягким.

– А толку, открывать глаза, если я ослеп, – грустно произнес я, но веки все равно поднял, резкая вспышка света ударила по глазам. Зрение ко мне вернулось, это хорошо, да что там, это просто замечательно, я с детства очень сильно боялся ослепнуть.

– Это правда, что хочешь заменить моего сына в тюрьме и отправиться вместо него на каторгу? – произнес чей-то мелодичный, слегка хрипловатый голос.