Сердце волка

Внимательно посмотрела на меня и юркнула в зазор между кусками шифера. Сидя в тени яблони, я словно ощущала, каким горячим был тот шифер и как нагрелась на солнце короткая кошачья шерсть. То, что сейчас окружало меня, так разительно отличалось от привычной жизни, что голова шла кругом. Но хотя все это было притягательным, сочным и свежим, я бы многое отдала за то, чтобы оказаться дома.

– Вы отпустите меня, когда папа выполнит ваши требования? – Я перевела взгляд на похитителя. В майке оливкового цвета, с волосами, порыжевшими в солнечном свете, он казался неотъемлемой частью этой деревенской жизни.

– Да, – подумав, ответил парень. – Но дело в том, что твой отец не торопится их выполнять.

– Чего же такого вы от него хотите?!

Похититель наконец обернулся и внимательно на меня посмотрел. Я взгляда не отвела – мне нечего было скрывать. Пока он копался в моей душе, я с удовольствием отметила, что радужка его глаз снова теплая, карамельная, будто вобравшая немного утреннего солнца.

Эта игра в гляделки длилась довольно долго.

– Твоя неосведомленность меня удивляет, – произнес он. – Столько лет… Впрочем, скоро ты сама все узнаешь.

Парень переложил готовые картошины на кусок обгоревшей фанеры и сел рядом со мной, перебросив ногу через скамейку. Думаю, он бы и рукой до меня не дотянулся, но я невольно качнулась назад. Слишком близко. Одно дело находиться рядом с ним в машине, мчащейся по трассе. И совсем другое – на скамейке в заброшенной деревне.

Похититель разместил «блюдо» между нами.

– Осторожно, скамейка скоро закончится, – немедля прокомментировал мое телодвижение «сосед» и выудил из высокой травы старую, в дырах и паутине, шапку-ушанку, полную мелких яиц в коричневых пятнах.

Он проделал перочинным ножом дырочку в верхушке и, запрокинув голову, выпил. Затем взглядом указал на ушанку: «Хочешь?» Я замотала головой.

– И раз уж зашла речь, – продолжил похититель, облупливая картошку, – оставь свои попытки сбежать, если не хочешь снова увидеть меня таким, как этой ночью.

– Каким – таким? – спросила я, чувствуя, как леденеет в солнечном сплетении.

– Таким, каким я могу быть, если меня вывести из себя, – отчеканил он.

Я сглотнула ком в горле.

– Это… было… ненормально.

– У каждого свое понимание нормального.

– Мне показалось… – я опустила взгляд, чтобы не выдать своего смятения.

– Неважно, что тебе показалось, – перебил похититель.