Ковчег обреченных

Как тихо и вообще на этой пустынной улочке. Лишь где-то вдали виднеются фигуры редких прохожих. Не сговариваясь, мы с Вовкой выскакиваем из машины и бежим к «восьмёрке». Картина, открывшаяся нашим глазам, заставляет поёжиться. Салон весь залит и заляпан кровью. Её запах, смешанный с запахом горелого пороха, ощущается даже на расстоянии.

Грудь водителя пробита рулевой колонкой и с первого взгляда становится ясно, что он мёртв. Рядом, в залитой кровью одежде упокоился стрелок. Парню не больше восемнадцати, совсем ещё пацан.

Крови столько, что она уже успела скопиться приличной лужицей на коврике. Где между ног парня валяется «АКСу». А проще – автомат. И несколько десятков стреляных гильз.

– Отъездились, торопливые, – философски замечает Вовка и наклоняется к бардачку. Порывшись там, ничего не находит и, судя по всему, не особенно этому удивляется. Стараясь не запачкаться, тянется к карману рубашки водителя. Однако, кроме сигарет ничего не обнаруживает.

– Ну, должно же быть у них что-то, что наведёт нас на заказчика, – бормочет он, принимаясь рыться в карманах стрелка.

В это время парень издаёт еле слышный стон.

– Живой! – удивляюсь я.

Гаевский напротив, словно такое с ним происходит ежедневно и ежечасно, вовсе не удивлён. Деловито ощупав шею стрелка, его руки и ноги, он поворачивается ко мне и коротко бросает:

– Открой заднюю дверь. Пацана берём с собой.

По-быстрому устроив стрелка на заднее сиденье, мы садимся в машину, и трогаемся с места. Я машинально бросаю взгляд на часы и с удивлением обнаруживаю, что с начала нападения прошли всего пара-тройка минут.

Хотя казалось, что обстрел, а затем погоня продолжались по меньшей мере час. Поворачиваю голову назад и разглядываю стрелка. Парень по-прежнему без сознания. Удивительно, что он вообще остался жив после такого удара.

– Игорь, – раздаётся рядом голос Гаевского. – Что у вас?

– Нормалёк, – оживает динамик рации. – Доставили клиента в адрес, теперь ждём-с. А у вас?

– Взяли одного, – немногословно отвечает Вовка.

 – Едем на Каменщики.

Каменщики – наше тайное пристанище. Или отстойник. Или конспиративная квартира, называйте, как хотите. Там мы принимаем особо доверенных клиентов, передерживаем нужных людей, а иногда и просто используем помещение под гостиницу. Нас очень устраивает наличие так называемого «чёрного» хода в квартиру. Хотя правильнее было бы называть его «грязным». Небольшая, неприметная дверца, ведущая в камеру мусоросборника, затем ещё одна, такая же неприметная.