Сердце Охотника

– Раз… – опираюсь о косяк двери так, чтобы перекрыть выход – сделать это несложно. – Два…

Интересно, какой страх в них пересилит: пойти с Охотником или быть им пойманным? Мне даже любопытно.

– Три! – уже рычу.

– Я пойду… – слышится из глубины комнаты.

– У тебя пять минут на сборы. Возьми чего пожрать – и побольше. Если проголодаюсь, сожру тебя.

Выхожу на крыльцо. Стремительно светает. Вижу у двери с десяток пар обуви. Несмотря на маленький рост, лапы у Зайцев что надо. Примеряю лапти – или что это? Мда… Но все лучше, чем в сырых дырявых ботинках.

Свежо. Глубокое синее небо мельчает к горизонту. Над рекой на светло-голубом прорезается розовая полоска, отражается от зыбкой поверхности воды. Тихо – если не считать возни на кухне позади меня. И вдруг со стороны леса раздается неторопливая звонка песня дрозда: низкие свисты и короткие трели.

Я слушаю эту песню, которая почему-то проникает не в ушные раковины, а в сердце. Впитываю кожей прозрачный воздух. Ощущаю на щеках легкое дыхание весны.

– Я готов… – раздается за спиной.

– Заткнись и слушай, – отвечаю я.

И он покорно замирает. Но теперь вместо песни дрозда я слышу собственные мысли. Они орут, как базарные бабы, заглушают остальные звуки. Да что со мной происходит?! Я словно трансформируюсь во что-то аморфное и податливое. Песни лесных птиц, запах хвои, рассветы над рекой – все это и раньше волновало меня. Но сопровождалось привкусом крови на губах, гулким биением сердца в погоне за добычей. Я был как сжатая пружина, как взведенный курок.

Заточение сделало меня слабым. Связь с Лесс сделала меня слабым. Неудача с Дикаркой – в эту же корзину. Но больше всего меня ослабил страх. Я боюсь желать чего-то по-настоящему, потому что желание отправляет меня в Провал.

Я должен снова стать сильным!

– Пойдем, – сплевываю на сырую землю и так уверенно спускаюсь с крыльца, словно прекрасно знаю направление.

– В Озвереловку? – тоненько переспрашивает тощий Заяц-подросток – но не двигается с места.

Возвращаюсь на крыльцо и отвешиваю зверодуху тяжелый подзатыльник. Заяц, перелетев через ступени, чудом удерживает равновесие.

– Нет, веди меня к трассе. И шевели лапами!

Через реку мы перебираемся вброд, чуть поодаль. Когда входим в лес, солнце уже пронизывает его золотистыми спицами. От этого света кажется, что еловые стволы сочатся жидким янтарем.