Сердце Охотника

 – жители от мала до велика бросились врассыпную, при этом пара Зайцев умудрились перебежать дорогу прямо перед моим носом. Одного из них я поймал за шиворот.

Охотник… Мне это даже польстило. Потому что сейчас я скорее был похож на добычу.

– Где живешь? – я хорошенько встряхнул Зайца. – Веди!

Парнишка так усердно вжимал голову в плечи, что, казалось, шея у него отсутствовала.

В его маленьком светлом доме обитало с десяток жильцов. Сами, без моей команды, выстроились в рядок вдоль стены. Я приказал притащить одеял.

Наверное, с четверть часа я набивал желудок щавелем, морковкой и хлебом, греясь под сугробом одеял. И за это время никто не шелохнулся. Все стояли, тряслись. Ну и жизнь…

Почти сытый и почти теплый, я наконец расслабился. Сбросил с себя одеяла, обвязал вокруг бедер льняную простыню – по размеру как банное полотенце. Подбросил поленьев в печурку.

Взяв кочергу, я вытащил из горящей печи уголек, подождал, когда его краснота потухнет, и сбросил на деревянный пол. Затем, словно клюшкой для гольфа, прицелился кочергой и с замахом отправил обгоревший кусок деревяшки в стену. Зайцы, как по команде, присели, заслонив морды лапами.

Удар был такой силы, что после встречи со стеной уголь разлетелся едва ли не песком. Я перебросил «клюшку» из одной руки в другую. Сам не ожидал, что так ловко получится.

– Ты! – я указал кочергой на Зайца, что помоложе.

Тот не двинулся с места, только присел еще глубже. Были бы его уши длинные, прижал бы их к щекам.

Я склонил голову в одну сторону, в другую – так, чтобы захрустели шейные позвонки.

– Я сказал. Иди. Сюда, – и резко ткнул кочергой в пол перед собой.

Зайцы дернулись. Да они не трусишки. Они – трусищи.

– Не надо его… убивать, – пропищала, надо полагать, мать семейства.

Убивать? На кой мне убивать Зайца?!

Но я идею примерил.

И все-таки – нет. В самом деле незачем. Конечно, меня от всех этих мутантов воротит – ну, почти от всех, – но убивать?.. Я б не расстроился, если бы их покосило какое-нибудь заячье бешенство, но руку прикладывать к этому не стану. Из леса не вылезают, щиплют травку, плодятся в свое удовольствие – к людям не лезут. Жили бы так все зверодухи, не появились бы Охотники.

Что касается именно этого Зайца, то он мне нужен. Но вовсе не его шкурка, а знание местности.