Апокалипсис местного значения. Книга 2

Уверяю тебя!

– Ну, тогда не знаю. – Обидевшись на Романова за то, что тот, даже не удосужившись вникнуть в содержание и смысл, с ходу отвергает выдвинутые им версии, Рябушкин подвинул к себе поближе тарелку с колбасой. – Только вот, что я тебе скажу, Василий, – добавил он, – ничего другого здесь быть не может! Убивают, потому что мстят или боятся чего-то. И твоя задача заключается в том, чтобы вспомнить это самое чего-то.

– Да не было никакого чего-то! Не было! – опять вскочил на ноги Романов. – Я вообще в тот день практически ни с кем, кроме кадровика не встречался.

За исключением, разумеется, тех, кто вместе со мной приходил устраиваться на работу! Понятно тебе?

Рябушкин хлопнул себя по бокам.

– Нет! – воскликнул он. – Не понятно! Я, конечно, не знаю, что там у вас стряслось, но уверяю тебя – никто просто так киллера с «Береттой» нанимать не станет… Вспомни, что происходило в тот день? О чем вы говорили? Что видели? Что слышали? Пойми! То, что один и тот же убийца за два дня убил четверых, говорит о том, что у этих четверых было что-то общее между собой.

И мы знаем: что! Все они в один и тот же час находились в одном и том же месте! Ведь так?

Романов досадливо поморщился. Ему было неприятно слышать то, как Рябушкин с серьезным видом говорит банальные вещи, до которых сам он, несмотря на их банальность, додуматься не смог.

– Ни фига не так! Существуют еще тысячи причин, о которых ты, Саня, даже не догадываешься.

– Каких?

– Разных!

– Ну, например?

– Например, кто-то задался целью убить семерых, для того, чтобы подозрение пало на восьмого.

Или среди нас восьмерых затесался психопат, которому очень не понравилась компания, в которой он провел два часа… Продолжать?

– Ты сам-то веришь в то, о чем говоришь?

– Нет. Но это не важно! Я просто хочу показать тебе, что причины, по которым убивают, могут быть какими угодно. И если я вслух не говорю о том, что главная из них кроется в событиях, произошедших двадцать первого октября в экспедиторской фирме в период с десяти до двенадцати дня, то это только потому, что говорить здесь, в сущности, не о чем.

И без твоих советов ясно, что к чему.

– Ну и ладно! – Совсем обидевшись, Рябушкин отвернулся.

Романов почесал висок и, ничего не говоря, снова сел за стол.

«Санёк прав, – подумал он. – Кому-то мы явно перешли дорогу. Вот только как узнать, кому именно и в каком месте?»

– Ладно, слушай! – Отодвинув от себя рюмку, он сцепил пальцы над столом.