Злая, злая планета

Мы никак не рассчитывали, что наш путь до Хабаровска может занять больше трёх дней, поэтому и без того скудный рацион сократился вдвое. Тогда, во Владивостоке, готовясь выступать, три дня были поставлены Кирсановым, как самый долгий срок, но каждый держал в тайне уверенность, что мы будем в Хабаровске к утру. Но теперь об этом пришлось забыть. Мы голодали, мы устали, мы утратили надежду и уже всерьёз готовы были признать поражение, готовы были бросить вездеход. И когда снегопад не перестал и на второй день, такой поворот событий стал неизбежен.

– Ладно, давайте только выспимся, а там решим окончательно, – вынес свой вердикт Кирсанов.

Мы вшестером набились в багажник. Оставлять кого-то на часах не имело смысла – кому придёт в голову бродить в такую непогоду, да и к тому же мы быстро станем похожи на снежный нанос со стороны.

Разбудил нас всех Дима. Спросонья я не сообразил где мы. Все высыпали на улицу и открыли рты, застыв в изумлении.

Мы стояли на опушке леса, под куполом бархатного темно-синего неба, усыпанного яркими звездами, а где-то совсем недалеко от нас виднелись тусклые огоньки маленького посёлка.

А потом тишину разорвал торжествующий клич Володи. Он принялся скакать по снегу вокруг танка, размахивая в воздухе руками и кричать, что мы спасены. Никто не пытался его урезонить, Кирсанов вдруг вернул на своё лицо извечную добродушную ухмылку и даже Дима утратил, казалось, обычную свою раздражительность. Они закурили, а мы с Юлей просто стояли на снегу и смотрели вперёд, на видневшиеся вдали огни.

Вечером Кирсанов и Володя отправились в посёлок. Они отсутствовали недолго, но вернулись не с пустыми руками.

– Ешьте, – сказал Кирсанов, грузно забравшись в кабину и поставил на заднее сиденье, между мной и хиншу, увесистый сверток.

Мы набросились на снедь, уплетая за обе щеки, пока Дима, Кирсанов и Володя разбирались с нашим местонахождением на карте. Это оказалось нетрудно, поскольку Кирсанову удалось узнать название посёлка и примерное направление.

Каким-то чудом мы оказались к цели гораздо ближе, чем рассчитывали. Как это произошло – никто не мог себе даже вообразить. Но вместо расчетных пятиста пятидесяти километров, до Хабаровска оставалось около трёхсот. Это обстоятельство чрезвычайно воодушевило нас и мы напрочь забыли, что немногим ранее готовы были бросить вездеход.