Три суда, или Убийство во время бала

– Вы знавали Елену Владимировну Русланову? – продолжал я допрос.

– Да, я был хорошо принят в доме ее родителей и пользовался ее вниманием.

– За что же вы ее зарезали?

– К кому вы обращаетесь с этим вопросом?

– Конечно, к вам. Кроме нас с вами, здесь, как видите, никого нет, кого бы я мог допрашивать.

– Так позвольте вас попросить повторить ваш вопрос.

– Что послужило для вас поводом к убийству Елены Владимировны Руслановой?

– Я понимаю, как бы я должен был отвечать на подобный вопрос, но я слишком уважаю отправления судебной власти, чтобы выйти из роли допрашиваемого.

– Прошу вас отвечать категорически: зарезали вы или нет девицу Русланову?

– Ни Руслановой, ни кого-то другого не резал! И уверяю вас, что, если бы мой отец слышал ваш вопрос, он заставил бы меня с вами стреляться!

Ичалов смотрел мне прямо в глаза. Он был совершенно спокоен. Ни тени волнения не было на его лице! Румянец во всю щеку, глаза глядят как-то насмешливо.

– Так я отвечу за вас: зарезали ее вы и никто другой.

– Отвечая за меня, вы облегчаете мне нашу беседу, и я вам за это очень благодарен, потому что эта комедия начинает мне надоедать.

– Зачем вы ездили в Москву?

– Я в Москве не был, кажется, с февраля, в последний раз я ездил для того, чтобы повидаться с матерью и сестрами!

– А теперь с кем желали вы там повидаться?

– Я не был в Москве. Я приехал с отцом из деревни.

– Я бы вам посоветовал не упорствовать в запирательстве.

Ичалов промолчал. Прокурор пристально смотрел на меня, как бы желая сказать, чтобы я смягчил тон допроса.

– Почему, – обратился я к Ичалову, – вы не были двадцатого октября на балу у Русланова, тогда как получили приглашение?

– Я, право, не могу уже упомнить, почему я не поехал на бал. Не поехал, вероятно, потому, что не хотелось ехать.

– Где же вы были во время бала?

– Я был дома, собирался на другой день ехать в деревню.

– Поздно вечером, в одиннадцатом часу, вы, однако же, выходили из дома?

– Я был дома целые сутки.

– Кто это может подтвердить?

– Мои домашние.

– Так вы утверждаете, что на другой день после бала у Русланова вы отправились в деревню к вашему батюшке?

– Я поехал к отцу двадцать первого октября. По дороге я встретил Афанасьева, с которым пробыл несколько дней на охоте.