Возвращение

 – Пару раз в неделю приходит в магазин, садится в кресло у входа и завтракает.

– Ого!

– Карл частенько составлял ему компанию, – добавил Клод. – Парочка была – не разлей вода. Когда ваш дедушка умер, его место занял Джеррольд. Знаете Джеррольда?

– Нет.

– Он раньше работал в «Пепси», грузовик водил. Жена у него умерла пару лет назад. Неплохой мужик, правда иногда чудит. Если честно, не понимаю, как они с отцом общаются. Папаша глухой как пень, да и крыша у него едет потихоньку. Какие тут беседы!

– Ему, наверное, под девяносто?

– Девяносто один.

Клод перевернул мясо и положил булочку в тостер. Когда она подрумянилась, он добавил листья салата и помидоры с луком, а затем повернулся ко мне:

– Можно вопрос?

– Давайте.

– Что понадобилось Карлу в Южной Каролине?

– Понятия не имею. Пока еще не выяснил. Думал, может, вы знаете.

Клод пожал плечами.

– Он чаще с отцом разговаривал, чем со мной.

– Почему?

Облокотившись на стойку, Клод пристально посмотрел на меня.

– Ну, во?первых, он редко куда-то выезжал. Много лет не покидал город. А во?вторых, помните его грузовичок?

Я кивнул. Дедушка ездил на пикапе «Шевроле Си/Кей» 60-х годов выпуска. Я бы назвал эту машину нестареющей классикой, не будь она ржавой и облезлой развалюхой.

– Карл едва мог завести эту рухлядь. Даже он – мужик мастеровитый – признавал, что машина на ладан дышит.

Я тоже не представлял. Выходит, не один я удивлялся, что же на него нашло.

Клод снова повернулся к грилю, выложил картошку фри на одноразовую тарелку и поставил передо мной обед.

– Хотите кетчупа и горчицы?

– Ага, – кивнул я.

Клод передал мне две бутылочки.

– Ваш дедушка тоже любил кетчуп, – сказал он. – Скучаю я по Карлу.

Я рассеянно поддакнул; вспомнив разговор с Натали, я вдруг понял, что она не ошиблась: кто-то и правда жил в дедушкином доме.

– Пожалуй, поем во дворе. Приятно было поболтать, Клод.

– Конечно, не зря же я там кресла поставил. Рад был снова увидеться, Тревор.

Захватив тарелку и стакан, я бедром толкнул дверь на веранду. Затем направился к креслу-качалке. Поставив тарелку на деревянный столик, я задумался о загадочном бродяге.